– Вот именно – почему-то считала! Она объяснила тебе, в чем дело? Намекнула, чего от тебя хочет?
Он молча покачал головой.
– Вот! – победно ткнула пальцем в потолок Нелидова, откидываясь на спинку дивана. – Ничего ты ей не должен – забудь! Кажется, твой адвокат – баба дельная, она тебя отмажет с наименьшими потерями. Я, со своей стороны, окажу любую помощь, какая потребуется. Но это не отменяет того, что я сказала: против тебя ведется какая-то игра, и я абсолютно уверена, что Никифоров – самая маленькая из твоих проблем!
Через несколько часов, когда Анна мирно посапывала на своей стороне кровати, Мономах тихонько, стараясь ее не беспокоить, спустил ноги на пол и сунул их в домашние тапки. Шторы были задернуты, поэтому в комнате царила тьма, и добираться до двери пришлось на ощупь. Прикрыв ее за собой, Мономах с облегчением щелкнул выключателем. Телефон стоял на зарядке, но Мономах просто не дотерпел бы до утра: разговор с Нелидовой заставил его задуматься, и он решил позвонить Ивану Гурнову. Патолог всегда в курсе последних сплетен, и один бог знает, как ему это удается, но он получает информацию из источников, гораздо более осведомленных, чем у Мономаха! Несмотря на поздний час, можно быть уверенным, что Гурнов не спит: скорее всего, он еще на работе или коротает время в одиночестве за бокалом вина и гурманской трапезой. Выдернув шнур из розетки, Мономах расположился на диване и включил телефон. На экране высветилось несколько сообщений, номер отправителя не определился. Он уже намеревался стереть их, не открывая (сын предупреждал, что подобные трюки частенько приводят либо к автоматической загрузке вируса, либо к снятию денег со счета), но все же решил открыть последнее – вдруг что-то важное? Мономах ожидал чего угодно, но только не такого: на экране огромными буквами высветилось:
– УБИЙЦА! УБИЙЦА! УБИЙЦА! УБИЙЦА! УБИЙЦА!!!!!!
– Что там у тебя? – полюбопытствовала Нелидова, неслышно подбираясь на цыпочках и пытаясь заглянуть Мономаху через плечо – он едва успел отключить смартфон. Она же вроде спала крепким сном!
– Мономах, ты что, по порносайтам лазаешь среди ночи? – усмехнулась она, игриво теребя мочку его уха. – Так я же тоже не против узнать что-то новое, имей в виду!
– Ну, тогда давай вернемся в постель, и я покажу тебе, чему научился!
– Он говорит, что я лечу акульим хрящом? – Цибулис сначала выглядела удивленной, но потом, несмотря на серьезность ситуации, расхохоталась. – Ну, в этом весь Гаспарян! – добавила она, успокоившись.
– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась Алла. – Это что-то личное? Ваш коллега уверяет, что он всего лишь борется за чистоту статистики…
– Да ерунда это все, за себя он борется! – отмахнулась онколог. – Не хочу говорить о нем ничего плохого – поймите меня правильно, он хороший врач, хотя и закоснелый, упершийся в классические средства лечения и не признающий ни малейших новшеств, – но мне неприятно, когда меня называют мошенницей!
– Так он недолюбливает вас только из-за разных подходов к лечению?
– Нет, разумеется. Гаспарян полагает, что я отнимаю у него пациентов.
– Но он ведь не лечит рак груди!
– Не у него лично, а у его института. Я его не виню, конечно: тяжело сознавать, что застрял в прошлом веке, а наука не просто ушла, а убежала далеко вперед, и все же это не повод говорить гадости о коллегах, верно?
Алла кивнула, чувствуя, что Цибулис что-то скрывает или, как минимум, не договаривает.
– Но в одном Гаспарян прав, – продолжала между тем онколог. – Без акул тут тоже не обошлось, только вот хрящи, разумеется, мы не используем – это, как он верно отметил, чистой воды профанация.
– Так чем же вы лечите?
– Я не могу раскрывать всех секретов, более того, не вижу смысла, ведь вы не специалист, но кое-что могу пояснить. Дело в том, что акулы – удивительные существа. Многим они кажутся пугающими и уродливыми, но их ДНК поистине удивительна. Уверена, если бы мы получали достаточно денег, эти потрясающие существа помогли бы нам решить множество проблем!
– В лечении онкологии?
– Не только. Я твердо убеждена, что секреты долголетия также скрыты в организмах этих существ… Вы, к примеру, знали, что зубы у акулы растут в четыре ряда и постоянно меняются – представляете, какие перспективы это открывает для современной стоматологии?! Кроме того, акулий сквален, вытяжка из печени акул, давно используется косметологами в разнообразных мазях и кремах от морщин… Но лично меня интересует один чудесный акулий орган, которого нет больше ни у кого из представителей животного мира.
– Что же это за орган?
– Эпигонал.
– Эпи… что?
– Эпигонал. Он, видите ли, подобен костному мозгу и занимается выкачкой иммунных клеток. Есть гипотеза, что, если подстроить функционирование этих клеток под «человеческую» среду и ввести их в область с раковыми клетками, то злокачественные клетки будут уничтожены, а вот здоровые останутся интактными. Этот метод решает один из главных вопросов онкологии: как вылечить рак, не навредив всему организму, ведь и химиотерапия, и облучение наносят ему сильный урон!
– И это работает?
