Я открыла глаза и посмотрела на высокий деревянный потолок. Полоска света освещала все маленькие щепочки и несовершенства в структуре на вид гладкого потолка. Я встала и прошагала к двери. Постояла там несколько секунд и набравшись смелости распахнула ее, ожидая очередного приказа со стороны моего 'надзирателя'. Однако за дверью меня ждала лишь мебель. В гостиной никого не оказалось, на кухне тоже. Неужели он так и не пришел домой сегодня? Он был так зол, что решил не возвращаться или хотел меня прикончить и решил не возвращаться? Ответов как и ранее не оказалось. Живот вырвал меня из раздумий, распевая трели о пустоте внутри меня. На кухне оказалась все та же каша, я разогрела ее на печке и поела немного.
Книг в доме, как оказалась чуть позже, было не так много. Только книга по кулинарии, атлас мира и 'Джейн Эир'. Соответственно я выбрала последнее, так как запоминать рецепты и рассматривать карты мне не хотелось. Рядом с окном в гостиной стояло кресло, на котором я уютно обосновалась. Открыла книгу и погрузилась в нее.
Не знаю, сколько времени прошло, но на улице уже было оживленно, повсюду ходили люди, бегали все те же мальчик и девочка, которых я встретила вчера. Я закрыла шторами окно и через щелку рассматривала, что происходит снаружи. Как оказалось, здесь очень хозяйственные и красивые девушки. Все довольно высокие, под стать мужчинам в селении, светловолосые и покорные. Последнее мне на самом деле не так уж и понравилось. Беспрекословно подчиняться воле мужа, отца, брата... Это слишком для меня. Собственное мнение всегда должно присутствовать в человеке. Без гордости некоторым девушкам не выжить, они погрязнут в жизни, так и не испробовав того, чего хотели. Мой взгляд привлек знакомый силуэт на том конце улицы. Широкие плечи, довольно высокий... это Дик. Он стоял противоположной улице и смотрел за моим домом. Его взгляд исследовал каждый изъян, а после он посмотрел в окно и наши глаза встретились. На его лице вновь появилась гримаса ненависти и глаза зажглись зеленым. Я охнув побежала к входной двери и заперла все замки. Сердце было готово вырваться из груди, адреналин подскочил до отметки максимум, я старалась выровнять дыхание. В дверь постучали, интуиция кричала 'не открывай, опасно!'. Я прислонилась ухом к двери и слушала, что там.
- Эй, золотце, ты здесь?
Если раньше я говорила, что адреналин вырабатывался на максимум, то я ошибалась, меня будто ударили поддых, дыхание стало прерывистым, дышать было сложно, ноги не слушались. Последним усилием я заставила себя молчать и успокоится.
- Знаешь что? - по-напускному нежно произнес он - ты не сможешь спать здесь спокойно. Понимаешь почему? - я вновь не ответила - Потому что я всегда слежу за тобой, я буду твоей тенью всю жизнь, ты уже не вернешься домой, золотце, никогда не вернешься. Я не позволю - и тихий смех завершил мой приговор.
Ноги ослабли и я рухнула на пол, по щекам текли горячие слезы. Я уже не могла себя держать в руках, пусть здесь очутится кто угодно, но я не смогу сдвинутся с места и произнести что-то. Ужас проник во все мои клетки, сковал тело, убил способность мыслить. Сейчас я бы не заметила ничего вокруг. Слезы текли нескончаемым потоком и я уже представляла себе, как мое тело лежит посреди поселения, вокруг смеются люди, а Дик стоит надо мной, с окровавленными руками и улыбается моему мертвому взгляду.
Спустя какое-то время мои эмоции были взяты под контроль, а в душе зародился гнев. Я не должна его бояться, почему он так хочет убить меня? Я ничем ему не навредила! Что черт, побери с этим парнем не так! Хочет войны, будет ему война! Я не замухрышка покорная, я женщина, в конце концов!
Я поднялась на ноги и бросила взгляд в окно. Дик стоял на другом конце улицы и озлобленно мне улыбался. Да я тебя, придурок, с землей сравняю! Ни за что не позволю себя запугивать. Кочерга уже удобно устроилась в моей руке и я вышла и яростно глянула в ту сторону, где стоял этот черт рогатый. Но я увидела лишь его силуэт на том конце улицы. Тело само по себе ринулось вперед, неуправляемое моим разумом, который, кстати, благоразумно молчал. Мысли о том, как ураган моей ненависти жадно подбирает Дика с земли и бросает вниз с огромной высоты, тешили озлобленную душу.
Но вдруг передо мной вырос огромный мужской силуэт и произнес:
- Что ты здесь делаешь. Я, кажется, сказал тебе быть в доме! - закричали на меня и над головой залетали птички, пропевая 'тебе писец'.
Я подняла голову, солнце слепило глаза и разглядеть лица я так и не смогла, но голос и запах одеколона казались знакомыми. Меня взяли за руку и потащили за собой, широкая спина закрывала почти весь обзор, а огромная ладонь сильно обвила мое запястье. Похоже, синяки мне обеспечены. Меня втолкнули в ту же знакомую гостиную и зарычали:
- Говорю в последний раз, если хоть еще раз выйдешь из дома без меня, то можешь смело писать завещание и покупать место на кладбище! - кричал на меня, как оказалось, Вайт.
