Сереющая в облачном тумане,Поленница на вырубке-полянеБлагоухает чисто поутру;И мелко шепчет дождь в бору пустынном,И я бреду по скалам и ложбинам,Как лешачиха, в призрачном бору.А завтра, в ясном розовом рассвете,Разоблаченные вершины этиВдруг ровно вспыхнут острой белизной –И крепкий холод молодого снегаПрозрачным ветром скатится с разбега,В тепло долины поспешив за мной.<p><strong>ЗИМА</strong></p>Взметнулся лыжник и исчез, –И над двойным скользящим следомСомкнулся глухо белый лесКоралловым морозным бредом.Но вот на синеватый наст,Сквозящий в солнце аметистом,С еловой лапы съехал пластИ развалился прахом льдистым;И ель вздохнула глубоко,Упруго ветку разогнулаИ солнцу низкому легкоС приветом лапу протянула.<p><strong>«Посмотри налево, посмотри направо…»</strong></p>Посмотри налево, посмотри направо –Никого на дорожке, только елки одни, –Отломи от сугроба кусочек шершавыйИ с атласного склона столкни:По бороздке голубой,Обрастая сам собой,Быстро, в искрах, удаляясь,В ленту снежную мотаясь,Кувыркаясь круто, прытко,Докатился, лег, —Как усталая улитка,Снежный завиток.И никто не смотрел ниоткудаНа веселое чудо, —Только я, да синицы, да ели,Затаив дыханье, гляделиНа его полет.Но ведь мы не в счет?<p><strong>«Лужи мягко подтаяли к полночи…»</strong></p>Лужи мягко подтаяли к полночи,Утром снова ушли под кристалл, —На душе и в лесу было солнечно,Тихий, чистый мороз не мешал.И на склоне под буками голымиРыжий лист посветлел и обсох —В нем шуршала ногами веселыми,Раскрывала оливковый мох…И прозрачно синица чирикала,Легкий мусор роняя с ветвей.Эго были от жизни каникулы —От заботы моей. И твоей.<p><strong>МОЕЙ ЕЛИ</strong></p>В памяти горек и крепок —Просто забыть не могу —Запах оранжевых щепокВ сером зернистом снегу.Запах встревоженной чащи,Свежих растоптанных хвой;Ствол, на поляне лежащий,Ствол опрокинутый твой…Долго стояла, не веря,У опустевшего пня, —Словно любимого зверяКто-то убил у меня.<p><strong>ЛАВИНА</strong></p>Весь пестрый лес от солнца и от снега,От сумрака и от проталин черных…Из чащи треск испуганного бега —Быть может, коз, быть может, духов горных?Оборвалась подмокшая лавинаИ, о стволы свой натиск разбивая,Вся в брызгах низвергается в долину,Скача, крутясь, пьянея, как живая…И вот легла — крутой и пестрой грудой, —Вся в бурых листьях и в щетине хвойной, –А в мертвых льдинках солнечное чудоСияет влажно, весело и знойно.<p><strong>«В Кайзертале синеют пролески…»</strong></p>
