— В последние дни, насколько мне известно, случаев перехода границы тоже не было? Полная тишина, мир и благодать?
— Да, пока тихо.
Бугристые надбровные дуги полковника Шатрова побагровели.
— Оперативная пауза. Затишье перед бурей. Согласны?
— Возможно.
— Выходит, нет решительно никаких признаков того, что противник готовит крупную операцию?
— Да, никаких. Кстати, товарищ Шатров, вы можете еще что-нибудь сказать об этой новой затее Крапса — «Горная весна»?
— Я уже вам докладывал, товарищ генерал, нам известно только то, что такая операция готовится. А какими средствами, какими людьми она будет выполняться, каково ее направление, какова цель, — это пока неизвестно.
— А Кларк? Прощупывали вы его?
— Кларк исписал листов сто бумаги, но ни одной его строчке верить нельзя. Врет, конечно, строит правдоподобные прогнозы. Надеется заслужить прощение, оттянуть время, избежать военного трибунала.
— И ни за один из его «прогнозов» нельзя зацепиться?
Полковник Шатров на мгновение задумался.
— Есть один, достойный внимания, — сказал он. — Кларк утверждает, что и эта новая операция будет осуществляться на территории яворского узла. Впрочем, в этом я и сам был уверен. Яворское направление для бизоновской разведки не случайное. Сколько будет существовать капиталистический мир, столько будет продолжаться и тайная атака на Явор. Согласны?
— Да, — ответил Громада. — Яворский участок мы усиленно охраняем. Бизоновцы не раз могли почувствовать это на собственной шкуре. И все же сомнительно, что именно теперь, после провала Кларка, они могут опять сунуться на яворском направлении.
— Вот-вот! — оживился Шатров. — Планируя свою операцию, Артур Крапс был уверен, что мы в ближайшее время не ждем прорыва на Явор. — Шатров круто повернулся к Зубавину, который, наклонив голову, что-то усердно рисовал на большом листе бумаги. — А почему вы молчите, товарищ майор? Какое ваше мнение?
— Я согласен с вами, товарищ полковник, но «Бизон» может избрать и другое направление.
— Вот так мнение! Что-нибудь более определенное вы можете сказать?
— Не имею пока оснований.
— Хорошо. На чем же мы все-таки остановимся? Явор или какой-нибудь другой пункт?
Громада с шумом отодвинул кресло от стола, легко поднялся и, оставляя за собой густые облака табачного дыма, зашагал по кабинету из угла в угол. Шатров и Зубавин молча ждали. Громада остановился перед картой Закарпатья, хлопнул ладонью по ее верхнему правому углу, решительно объявил:
— Я все-таки за Явор. Но мы будем ждать гостей и в другом месте.
— Итак, большинство за Явор, — объявил Шатров. — Пойдем дальше. Что же это за операция с таким пышным названием? С чего начнет Крапс свою «Горную весну»? Конечно, прежде всего он попытается восстановить яворский центр и своего резидента. Согласны?
Ни у Громады, ни у Зубавина не оказалось возражений.
— Итак, первый шаг Крапса — новый резидент взамен выбывшего из игры Дзюбы. Кто же он? Придет из-за кордона? Да, возможен и такой вариант. Но скорее всего Крапс назначит резидентом своего агента из числа тех, кто сохранился в Яворе. — Сказав это, Шатров посмотрел на майора Зубавина: — Как вы думаете, известно Крапсу и его подручному Файну, при каких обстоятельствах провалился Кларк?
— Нет, это исключено, — ответил Зубавин. — С разведцентром имел связь только резидент. Он погиб. Если кто-нибудь из агентов Дзюбы и узнал о провале Кларка, то у него нет возможности сообщить об этом своим хозяевам. После ареста Кларка не зафиксировано ни одной попытки ухода за границу. В течение последних недель в нашем районе не зафиксирована также работа тайной радиостанции.
— А дипломатические каналы? Разве какой-нибудь легальный иностранец, проезжающий через Явор в Будапешт или Прагу, в Белград или Вену, в Рим или Афины, не мог изловчиться доставить «Бизону» шифровку, посланную особенно рьяным яворским агентом?
— Нет, не мог, товарищ полковник. Во-первых, такой рьяный агент рисковал бы и собой и дипломатом. Во-вторых, простой агент не знает, куда и кому посылать шифровку.
— Ему подскажут. Был бы агент, а подсказчик и адрес найдутся. Евгений Николаевич, имейте в виду: Крапс как можно дольше не должен знать, что случилось с «Колумбусом». Пошлите ему с благовидной оказией «уведомление» Кларка: опасаюсь, мол, провала, бежал в тыл, вглубь страны. Буду пробиваться к иранской границе, Ждите, мол, и прочее.
— Понял, товарищ полковник.
— Только не переусердствуйте. Я насчет Кларка. Не рассчитывайте на-то, что это у вас большой козырь. Ограничьтесь только тем, что я посоветовал. Получится — хорошо, не получится — убытка не потерпим. Крапс — не дурак. Если он уже почуял, что «Колумбус» вышел в тираж, то он исключил из игры все, что известно Кларку.
— Кстати, о Кларке. Неужели он не знает о том, что в Яворе существуют не только Дзюба и Скибан, но и другие агенты? — спросил Громада.
