– Абсолютно, – ответила она Нилу, едва дыша, но лучезарно улыбаясь. При мысли о своей дерзкой попытке переубедить дам Оро у нее все переворачивалось внутри от страха. Однако назад дороги не было – как говорится, назвался груздем – полезай в кузов! Подтверждением тому служило суровое выражение лица Нила.
– Не нужно этого делать, Эйнджел, – сказал он спокойно, перед тем как выйти из дома. – Я знаю, Холт будет только рад, если вы не пойдете на вечер.
– Но я должна это сделать! – воскликнула она. – Как ради него, так и ради себя. Замарано честное имя семьи Мерфи. Неужели вам это безразлично?
– Конечно же, нет, но я не хочу, чтобы вам причинили боль. За то короткое время, что мы знакомы, я уже успел привязаться к вам.
– Благодарю вас.
Открыв тяжелую деревянную дверь, он пропустил ее вперед.
– Надеюсь, я не разочарую вас сегодня вечером, – мягко сказала Эйнджел, благодарно касаясь его руки.
Выйдя на улицу, Эйнджел глубоко вдохнула про хладный свежий воздух. Нил взял ее под руку, и они направились в Триумф-холл, где проводился дамский вечер. Ноги Эйнджел подгибались от страха. К счастью, уже наступили сумерки, и она не замечала насмешливых взглядов прохожих.
Холт ушел из дома немного раньше, сразу после ужина. Эйнджел подозревала, что он отправился в ближайший салун, но ее это мало волновало. Неожиданно быстро они дошли до Триумф-холла, и, прежде чем Эйнджел вошла в дверь, Нил сказал ей тоном наставника:
– Просто будьте сама собой. Не нужно никаких извинений и объяснений.
За его наигранной веселостью Эйнджел уловила предостерегающие нотки.
– Все будет хорошо, – заверила она. – Вы проводите меня назад, когда вечер закончится?
– С удовольствием.
Нил почтительно открыл перед ней дверь, и Эйнджел с трепетом вошла в волчье логово.
Дамы разом замолчали. Зашелестели платья, женские головки повернулись в сторону Эйнджел, глаза загорелись любопытством. Слегка замявшись на пороге, она с широкой обезоруживающей улыбкой вошла в зал.
– Добрый вечер, дамы.
Грациозным движением сняв черную кружевную шаль, она повесила ее на крючок рядом с накидками других дам. На какое-то мгновение в зале наступила полная тишина. Взглянув из-под опущенных ресниц, Эйнджел увидела на лицах присутствовавших дам не прикрытое возмущение, изумление, любопытство и много других оттенков эмоций.
Дамы уселись в кружок, чтобы получше разглядеть наряды друг друга и вволю посплетничать. Рядом стоял стол с хрустальной вазой, наполненной пуншем, и блюдо с маленькими кусочками покрытого сахарной глазурью пирога. Эйнджел направилась к единственному свобод ному стулу. Сердце ее билось где-то в горле, и она почти физически ощущала на себе десятки оценивающих, сравнивающих и осуждающих ее глаз.
– Наглость, – довольно громко прошептала одна из дам на ухо другой. – Какая наглость!
– Что вы хотите? – ответила та сладким голосом так, чтобы Эйнджел наверняка услышала ее. – Ведь она носит фамилию Мерфи.
Эйнджел внезапно разобрал смех. Эти женщины, называвшие себя христианками, просто истекали желчью! Им было мало облить грязью саму Эйнджел – нет, в ее «бесстыдстве» обвинялась вся семья Мерфи!
– Не советую пробовать этот пирог, – тихо произнес чей-то голос, и Эйнджел вздрогнула от неожиданности. – Он почти зачерствел, да и на вкус не слишком хорош.
Рядом со столом с пуншем и пирогом сидела худенькая молодая девушка с каштановыми волосами и глазами цвета ореха. Она была одета в платье из коричневого коленкора, которое настолько сливалось с цветом отделанных деревом стен, что Эйнджел не сразу заметила, что у стены кто-то сидел. Сказанные слова явно принадлежали этой девушке, похожей на церковную мышку.
– Здравствуйте, – продолжила она почти шепотом. – Меня зовут Рейчел Максвелл, я дочь Пруденс Максвелл. А вы, должно быть, миссис Мерфи?
– Разве вы в этом сомневались? – тихо ответила Эйнджел, едва заметно кивая в сторону возмущенно перешептывавшихся матрон. Рейчел хихикнула. У нее был совсем юный, девичий голос, хотя по виду она была не моложе Эйнджел.
– Мне так хотелось познакомиться с вами, – продолжала Рейчел. – С тех самых пор, как пастор Мерфи рассказал о вашем браке с Холтом, вы представлялись мне какой-то загадкой.
Чтобы продолжить расспросы и поближе познакомиться с Рейчел, Эйнджел взяла хрустальную тарелочку и сделала вид, что внимательно разглядывает угощение.
– Загадкой?
– Ну конечно... – Казалось, Рейчел удивилась. – Ведь никто не мог поверить в то, что Холт действительно женился...
– Некоторые и теперь в это не верят, – закончила ее фразу Эйнджел, снова бросая взгляд на дам, чье возмущение явственно нарастало, грозя перейти в скандал. Ей хотелось еще поговорить с Рейчел, но она отлично пони мала, что должна нанести упреждающий удар. Подмигнув ей, Эйнджел неторопливо повернулась лицом к остальным дамам как раз вовремя, чтобы услышать очередное оскорбление, на этот раз исходившее от дородной женщины, явно верховодившей в этой компании.
– Бесстыжая девка! Интересно, как ей удалось до тащить Холта Мерфи до алтаря?
