Я вспомнил изумрудные глаза и её шелковистые волосы цвета червонного золота. Сто́ят ли они участия в этой смертельной авантюре? Да, решил – сто́ят. И потом, женишься, там дети пойдут, выберусь ли я когда в большой мир из этих грёбаных пещер, а так, хоть мир посмотрю, куда меня нелёгкая занесла.
- Вот ещё что, мне нужны штаны, - заявил я.
- Чего-о-о? - опять в унисон затянули оба.
- Штаны говорю. В мире людей ведь все ходят в штанах.
- Раньше ты вообще голышом бегал, - заметил Хом.
- Так ты мне сам сказал: «как все ходят, так и ты ходи, раз так принято».
Вождь зачесал затылок.
- И из какой ткани их прикажете пошить вашему превосходительству: из парчи или бархата? – попытался поддеть меня барон.
- Парадные можно и из бархата, а в повседневных изысков не надо – пусть будет прочная ткань, которая идёт на палатки и тенты для фургонов…
Джинсы ведь из парусины мастерили, или я не прав?
- А на заднице швы пусть получше прошьют, а то треснет в самый неподходящий момент.
Для чего мне штаны? Надоело, знаете ли, ходить всё время в юбке, я ж не шотландец какой. И снизу поддувает.
- Не будет штанов, никуда не пойду, - пригрозил я аксакалам.
- Шэ-э-эрх!
- Ну что ещё?!
Нет, уже который день не дают мне спокойно досмотреть последний сон.
- Шэ-э-эрх! Он пришёл!
- Кто пришёл? Куда пришёл?
- О-О-ОН!
- Кто «он»? – я непонимающе уставился на Амми.
- Жених.
- Жених? – я зевнул и потёр кулаками заспанные глаза.
Ни минуты покоя с этими женщинами.
- Жених?! Что уже здесь?! – до меня только дошёл смысл сказанного.
- Угу, - кивнула девушка.
- А чего так быстро?
Раньше следующего дня мы парня не ждали. К тому же Шали вряд ли смогла так быстро обернуться. Если только черноскалец не притащил её на себе… Как, собственно, и произошло.
- Он тебя уже видел?
- Не-е-е, - замотала головой Амми.
- А ты его?
- Риа видела, когда заходила к отцу.
- И как он?
- Большой, сильный, кра-а-асивый, - мечтательно закатив глаза, произнесла девушка, кусая губы, - Шэ-эрх, а, Шэ-эрх, я хорошо выгляжу?
- Бесподобно, - вновь зевнул я, почти не кривя душой.
Топик и миниюбка из тонкой золотистой замши смотрелись на Амми, но, на мой предвзятый взгляд, к рыжим кудрям Риа, этот наряд пошёл куда больше.
- А где боевая раскраска? – ляпнул я, совершенно не подумавши, запоздало спохватившись, что брякнул то, чего говорить вовсе не следовало.
Тролльки не красятся, и понятия «макияж» для них не существует. Во всяком случае, не существовало до нынешнего момента.
Амми вцепилась в меня, как клещ: расскажи, да покажи… Что я ей – визажист какой?
- Ладно, попробуем что-нибудь сделать. Амми, вы там вчера что-то варили из черники, ягоды остались?
- Да, - кивнула девушка, - Ри-и-иа-а! – тут же пароходной сиреной взревела она так, что у меня разом уши заложило.
- Шэ-эрх, вот здесь криво получилось, - вновь закапризничала моя суперпупермодель, разглядывая себя в маленькое старое зеркало. Что она там в этой облупившейся стекляшке может разглядеть, оставалось диву даваться!
- Амми, радость моя, возьми ягоду и подправь губы, как тебе больше нравится.
- Какой-то цвет совсем синюшный, - высказала своё мнение младшая сестра.
Блин, где ж я вам тут бутик с другой помадой найду?
- Шэрх, а ведь эта краска не смоется долго.
- Ну и хорошо, тебе что, не нравится быть красивой? Смотри, какими большими стали твои глаза, жених будет в восторге?
- А если муж захочет, чтобы я всё время так выглядела?
- Пошлёшь его лесом.
- Каким?
- Еловым! Какая разница, что он подумает? Думать он должен был раньше. После женитьбы уже поздно.
- У-уй! Больно!
- Амми, что ты всё время дёргаешься?
- Больно! Ты мне все брови повыдергал!
- Не все, а только несколько волосинок над переносицей. Осталось ещё парочка и всё будет в лучшем виде. У тебя шикарные брови, а эта чахлая поросль и нафиг не нужна!
- А-а-а! У-уй!
- Терпи, красота требует жертв!
- Что ты меня сажей мажешь?
- Не мажу, а подкрашиваю. Вот тут, чтобы глаза стали больше и длиннее. А вот тут выделим скулы. И вообще, не понравится – смоешь. Не-е, ну ты, Риа, ей скажи, разве плохо получилось?
- Что тут происходит? – это вождь пожаловал.
«Что, что». Не видишь разве, невесту штукатурим. Готы увидели бы – удавились от зависти.
- Амми, что ты сделала с лицом? Да-а-а. Это всё ты, Шэрх? У людей подглядел?
- Красиво ж вышло! – встал я на защиту своего творения
- Да-а-а. лишь бы жених от такой красоты не сбежал.
- Так тащи его сюда!
Мы вышли из пещеры. И где гость?! О! А этот Чир шустрый малый, уже успел сцепиться с нашим главным охотником.
- Тебя сюда никто не звал! – рыкнул Хмых.
- А меня не надо звать, я сам прихожу туда, куда мне надо! – не полез за словом в карман чёрноскалец.
- Вот и топай отседова.
- Ты мне не указывай!
- Хочу и указываю!
- Уж не ты ли будешь тот знаменитый охотник?
- Может, и я, - подбоченился Хмых.
- …Которого рыба покусала. Это ж надо быть таким придурком!
- Ах ты, гад! – уязвлённый задира взмахнул дубиной.
Но и гость был не лыком шит: отбил удар в сторону и врезал напавшему ногой в живо, а когда тот, хрипя, согнулся, добавил дубиной по кумполу.
Хмых рухнул на землю, как мешок с г… в общем, как мешок.
