Город Ангелов полностью

– Селестиалы, обладающие силой Рафаила, не просто заживляют чужие раны. Они впитывают чужую боль, а затем исцеляют ее изнутри. К вечеру с ним все будет в порядке.

Он… забрал мою боль и прочувствовал все на себе?

– Зачем ты это сделал? – озадаченно спросила я.

Линкольн тяжело дышал, положив руки на грудь.

– Иди, – только и сказал он.

Даррен схватил меня за руку и потащил наружу. Последним, что я увидела, был Линкольн, сидящий на полу с искаженным от боли лицом. Это навсегда изменило мое отношение к нему.

Это изменило все.

Я пребывала в состоянии легкого шока и едва помнила, как пересекла границу города, направляясь в клинику по реанимации. В итоге я опоздала на семь минут, надеясь, что мой новый босс этого не заметит. Я не хотела говорить об этом Линкольну, но я научилась водить всего три месяца назад, на мамином потрепанном «Вольво», без гидроусилителя руля. Я все равно ездила на автобусе, но мама считала, что мне нужно уметь водить машину. И вот теперь я парковала новенький внедорожник за пятьдесят тысяч долларов перед некроклиникой, где я, скорее всего, буду мыть трупы.

М-да, вот это радость.

Пробегая через главный вход, я почувствовала едва заметное жжение в местах моих татуировок. Линкольн забрал всю мою боль, чтобы я могла пережить свою смену в клинике по оживлению мертвых.

Зачем он это сделал?

– Ты опоздала! – взвизгнул Бердок из-за своего стола.

Я резко остановилась, схватившись за сердце. Он появился из ниоткуда, что было свойственно серным демонам. Оправдываться не было смысла.

– Простите, сэр. Этого больше не повторится.

Он уставился на меня своими сердитыми глазками-бусинками, а его рога отбрасывали жуткие тени на его лицо. Когда Бердок злился, кончики его рогов начинали дымиться, что выглядело очень пугающе. Серные демоны занимали высокое положении в адской иерархии. По слухам, они отчитывались перед самим Князям Тьмы и считались частью его ближайшего окружения.

– Научилась чему-нибудь в своей элитной академии? – он искоса посмотрел на мои татуировки.

Я не знала, что именно он хочет услышать, поэтому просто сказала правду:

– Нет, сэр.

Кивнув, Бердок поднялся из-за стола, демонстрируя свой внушительный рост в семь футов.

– Мой источник говорит, что за год ты научишься контролировать свои силы. Потом ты будешь проводить все свое время рядом со мной.

Меня охватил ужас.

– Но это же четырехлетний курс, – пробормотала я. Подойдя ближе, Бердок присел на корточки. Кончики его рогов задымились, и мне в нос ударил сильный запах серы. Мама говорила, что в приступах ярости он начинал изрыгать огонь. Я не горела желанием увидеть это воочию.

– Ты принадлежишь мне. Не забывай об этом. Думаешь, я позволю им завербовать тебя в Армию Падших, чтобы ты работала против меня? Не в этой жизни, деточка. Один год, и ни днем больше.

Я тяжело сглотнула.

– Да, сэр.

Демон снова кивнул, и дым начал рассеиваться.

– А пока ты будешь помогать своей матери, мыть тела, смешивать зелья. Как только ты пройдешь обучение, у тебя появятся более важные задачи, которые изменят ход войны в нашу пользу. Так что учись контролировать свои способности. Я рассчитываю неплохо заработать, продавая твои услуги за деньги.

Вот черт.

– Да, сэр, – сказала я, опустив глаза в пол. Линкольн совершенно справедливо меня ненавидел. Я была слишком наивна, полагая, что смогу служить демону и не причинять никому вреда.

– Принимайся за работу! Нам как раз привезли шесть новых трупов, – прорычал Бердок.

Я пронеслась мимо стойки администратора и распахнула двойные двери. Стоило мне переступить порог, как на меня обрушился запах смерти, формальдегида и шалфейного дыма.

Мама.

Мне уже приходилось помогать в клинике, когда мама была завалена работой. Сейчас она стояла над ванной с мыльной водой и отмывала тело женщины лет пятидесяти.

– Бри! Как прошел твой первый день? – при виде меня ее лицо просветлело.

Ее взгляд упал на мои татуированные руки.

– Ох, ничего себе… татуировки. Что ж…

Я нервно потерла руки.

– Да, вроде бы они нужны для контроля моих способностей. Каждая из них связана с ангелом, чьей силой я обладаю, или что-то вроде того. Я еще не до конца поняла, как это работает.

Мама нахмурила брови.

– Сколько их у тебя?

Я поморщилась и прошептала:

– Четыре.

Она уронила губку.

– Четыре! И это нормально?

Я широко распахнула глаза.

– И ты спрашиваешь это у селестиала с черными крыльями? Все, что со мной связано, – ненормально.

– Ладно, ты права. Ну, что есть, то есть. Закончишь мыть миссис Кальпо? Мне нужно приготовить снадобья для мистера Деннера.

Фу. Два раза фу.

И все равно это было лучше работы хряща. Пока что. Теперь, глядя на свои татуировки, я заметила, что воспаленные красные линии уже начали заживать.

Селестиалы обладали способностью к самоисцелению, и мысль о том, что я тоже этому научусь, казалась по-настоящему пугающей. Словно я постепенно теряла свою человечность.