Город Ангелов полностью

– Я не хочу, чтобы меня утешали. Я хочу знать правду! – закричала я.

Он нахмурился.

– Конечно. – Он подошел к столу и достал коробку с церемониальным ножом. – Когда я испытывал твою кровь – на лезвии зажегся символ Люцифера. Змея.

Это доказательство поразило меня до глубины души, и мои глаза невольно наполнились слезами. Отрицание превратилось в стыд.

– Это нечестно! – Слезы начали стекать по моим щекам. – Я не просила об этом. Вы постоянно говорите о свободе воли – ну так я этого не хотела! Я была невинной пятилетней девочкой, когда вы, – чувствуя нарастающую ярость, я ткнула в него пальцем, – …вместе с остальными ангелами начали войну и извратили мой народ. Невинные люди превратились в чудовищ из-за всех вас! – крикнула я.

Лицо Рафаила исказилось от боли.

– Я знаю. Мне очень жаль.

Линкольн поморщился.

– Бриэль.

– Нет. Оставь меня в покое, – я развернулась и выскочила за дверь, проносясь мимо Ноя, Блейка и Даррена, которые охраняли кабинет.

Я была злом. Шия заставила меня пообещать, что я не позволю ей перейти на темную сторону, но в итоге я сама оказалась порождением тьмы. По моим венам текла не просто темная магия: это была его магия. Самого Люцифера. Дьявола. Зла во плоти. От одной мысли об этом меня начало тошнить.

Я побежала быстрее, и наконец оказалась в открытом поле, где я могла побыть в одиночестве. Все еще спали, а солнце только начинало подниматься над горизонтом. Я хотела улететь далеко-далеко, в другую страну, и никогда больше не говорить об этом. Начать жизнь с чистого листа.

Если я и правда была странной маленькой падчерицей Люцифера – мне стоило всерьез опасаться за свою жизнь. Я понимала, что демоны никогда не оставят меня в покое. Особенно если они верили в пророчество, согласно которому я должна была его убить.

Это казалось нелепым. Девятнадцатилетняя девушка должна спуститься в ад и убить дьявола? Я засмеялась, и по моему лицу потекло еще больше слез.

За спиной раздались шаги, и я повернулась к Линкольну. Я стояла посреди поля, задыхаясь от быстрого бега. Мое лицо было мокрым от слез, и я все еще была одета в свое измятое вечернее платье.

– Я – зло. – Из моей груди вырвался громкий всхлип. Мне было необходимо высказать свои страхи – так почему бы не поделиться ими с Линкольном? Наверное, он пришел сюда, чтобы запереть меня в каком-нибудь безлюдном месте, где за мной могли бы вести постоянное наблюдение.

Его лицо исказилось в агонии.

– Нет. Не может быть.

Он притянул меня за плечи и прижал к своей груди. Запах Линкольна смешался с теплом его напряженных мышц, и в этих крепких объятиях я ощутила себя в безопасности. Рядом с ним мне было так спокойно, словно я снова вернулась домой.

Линкольн Грей обнимал меня. Сильно. Как будто не хотел отпускать.

Может, мне это снилось.

– Вместе мы во всем разберемся, – пообещал он.

Что?

Когда я подняла глаза – он посмотрел на меня, и наши губы оказались всего в нескольких мучительных дюймах друг от друга.

– Вместе?

Линкольн кивнул.

– Да. Я сильно к тебе привязался. Теперь ты моя.

«Теперь ты моя».

Мой мозг едва успел понять смысл этих восхитительных слов, когда его губы нежно коснулись моих. В отличие от поцелуя на пляже этот не был страстным. Напротив, он был мягким, изучающим и слишком коротким.

Отстранившись, Линкольн провел пальцами по моим волосам.

– Когда мы впервые встретились, я все еще пытался пережить потерю своей семьи и закрылся от всего мира. Но ты зажгла что-то внутри меня, и я снова начал ощущать эмоции. Я пытался бороться с этим чувством, искал причины, по которым нам нельзя быть вместе, но я так больше не могу. – Он провел по моей щеке большим пальцем, и в моем животе разлился пульсирующий жар.

Вау. Вот это признание.

– Никому об этом не рассказывай. За исключением Шии. – Линкольн тут же переключился в боевой режим. – Я собираюсь удвоить количество наших занятий. Я хочу, чтобы к концу года ты стала смертоносной машиной по уничтожению демонов. Прояви себя во время Испытания и поступи на второй курс. Это единственный способ обезопасить тебя, – заявил он.

Мои мысли все еще были заняты нашим поцелуем и его словами о том, что я, Бриэль Этвотер, зажгла что-то внутри него. Но затем на меня обрушилась суровая реальность: образно говоря, я была дочерью Люцифера.

– Что, если я погружусь во тьму? – Во время нападения демонов из моего горла вырвался поток темной, удушающей магии. Было бы глупо игнорировать это событие.

Линкольн покачал головой.

– Это невозможно.

Отрицание. Я была хорошо знакома с этим чувством.

– Линкольн, я ценю твою веру в меня, но если я стану темной…

Он обхватил мои щеки ладонями.

– Бриэль, иногда ты ужасно меня раздражаешь, ты чертовски упряма, никого не слушаешь, и я уверен, что черная магия, которой ты душила абруса, очень опасна, но ты не злая. Я знаю твою душу.

«Я знаю твою душу».

Должно быть, Линкольн провел много времени наедине с поэтическими сборниками, которые я видела у него в трейлере. Не то чтобы я была против.