Но их положение было гораздо сложнее, поскольку генерал Потопяну, недавно назначенный военный губернатор, настоятельно требовал от них «оставаться на местах». Прежде всего для того, чтобы раньше времени «не оголять территорию», а еще – и это, наверное, самое главное! – для того, чтобы «нахапать» и отправить в Румынию максимальное количество «трофеев». Тех самых, уже упомянутых нами, «трофеев поражения».
Нет, «великие мира сего», такие как достопочтенный префект Голты подполковник Модест Исопеску с красавицей-супругой домной Летицией, конечно, «свалили». А сошки помельче вынуждены были задержаться и, проклиная всех и вся, и Гитлера, и Антонеску, и свою собственную проклятую судьбу, занялись грабежом.
В этом, на первый взгляд, не было ничего необычного.
Общеизвестно, что, захватив любую, самую малую территорию, румынская королевская армия обычно начинала грабеж. Но как-то всегда считалось, что грабеж этот был спонтанным, незапланированным, мелким.
Ну, ворвутся солдаты в дом местных жителей, ну, станут искать там «жидов и бомбы», а заодно уже «стянут» все, что плохо лежит – от серебренных чайных ложечек до двух пожелтелых кусочков сахара-рафинада.
В Одессе это было особенно распространено – румынские солдаты и в большинстве своем малограмотные крестьянские парни, были, наверное, в шоке от вида «богатых» одесских квартир, ну и совали в карман что ни попадя, иногда, по незнанию, не обращая внимания на ценные вещи.
Это был действительно мелкий спонтанный грабеж, наиболее часто встречавшийся и поэтому широко известный.
Но параллельно с этим мелким грабежом оккупанты осуществляли и менее известный беспардонный и наглый «большой грабеж».
И что совсем уже удивительно и вроде бы не свойственно румынам, они совершали его в высшей степени организованно в соответствии со специальной инструкцией, носящей название
Эта примечательная инструкция была издана 25 июля 1942 года на базе постановления Совета Министров, принятого – 3 декабря 1941 года[29].
На обложке «Наставления» имеется пометка:
Это очень важная и необходимая пометка, поскольку на самом-то деле «Наставление генерального штаба» представляло собой просто пособие для грабителей и мародеров.
Вот, например, как разъясняется там техника грабежа художественных ценностей:
Ну, что вы скажете об этом румынском «Спутнике грабителя»?
Но не следует обольщаться, идея организованного грабежа принадлежит, конечно, не им, не румынам, а их хозяевам – немцам.
Напомним, что еще перед нападением на Советский Союз, весной 1941-го, Герман Геринг разработал программу тотального грабежа будущих оккупированных территорий, получившую название –
Первый абзац этой программы гласил:
«Полное использование оккупированных областей» – «голубая мечта» бесноватого фюрера – неоднократно обсуждалось на специальных совещаниях.
Об одном из них мы вам рассказывали – это «Совещание о Яблочном пироге», на котором Гитлер назвал Россию «Apfel-Kuchen».
Вряд ли, конечно, Антонеску представлял доставшуюся ему «на халяву» Транснистрию в виде немецкого «Apfel-Kuchen» с корицей.
Скорее всего, он ассоциировал ее с круглым сладким «малаем» из кукурузной муки. Тем самым «малаем» с изюмом и поджаристой корочкой, маленький треугольник которого был для Ролли и Янкале долгие годы недостижимой мечтой.
«Малай», скажем прямо, не «Apfel-Kuchen», но это не меняет дела!
Антонеску так же, как Гитлер, мечтал выкачать из Транснистрии все возможное.
Как показал на допросе в Москве на Лубянке губернатор Транснистрии Алексяну, Антонеску неоднократно требовал от него «обратить особое внимание на необходимость захвата трофеев».
Пребывание на Лубянке, несомненно, оказалось «полезным» для бывшего губернатора, поскольку он просил занести в протокол, что «возмущен незаконными требованиями Антонеску», и даже обзывал своего бывшего патрона «преступником и главным виновником грабежа».
