Наступила тягостная тишина, Рита чтоб разрядить атмосферу сказала:
– Вы не беспокойтесь за Даню, мы придумали. Даня водоплавающий, и мы поедем на море или озеро.
– Нет. – вздохнул Сол. – Я сказал Главному, что беру Даню в ученики.
– Зачем? – в непонимании были все, и Гетц.
– Причин много. Во-первых Главный последнее время, принимает решения, которые меня возмущают, ведёт себя как царь и бог. Я с ним говорил, когда позвонил ваш Герман. Можно было оставить парня у нас вроде подготовительного периода, потихоньку бы пробовал свои силы. Знакомился бы со своей птицей, так делали всегда. Правда мало кому помогло, но шанс был. Главный уперся, мол чужие мешают, отвлекают, раздражают. Его сейчас всё раздражает, предчувствует что-то. И готовит из ребят не вольных птиц, а боевые машины. Но всё это не по-человечески. Да и к чему готовиться он не знает, так бесится без толку.
– А во-вторых? – спросил Гетц.
Сол остановил взгляд на Гетце и тихо сказал:
– Я видел свою смерть.
– Ничего удивительного вы чуть не разбились, были на волосок от смерти. – стала успокаивать Рита.
Сол улыбнулся.
– Нет, это Даня был на волосок от смерти, а не я. Я и так бы не подставился, если бы не понял – шанс спасти есть. Я бы выжил в любом случае. А если бы знал про чудо-микстуру, то и большее мог сделать.
– Вот почему так отреагировал Главный, он видел твое видение. – печально сказал Гетц.
– Подождите, мы не догоняем, объясните нам. – попросил Макс.
– Птицы видят свою смерть заранее. Наверное для стаи это важно, чтоб вовремя сменить ведущего, чтоб не ждать и не надеяться, что все пройдет, если недомогание. Да и просто зачем лететь в тяжелый перелет, если знаешь, что не долетишь. Только стаю тормозить. Я стар. Я не выгляжу немощным стариком, потому что оборотни редко дряхлеют, особенно птицы. Поэтому нет ничего удивительного в моем видении. Но время у меня ещё есть. И я решил, раз сам ухожу, попробую вернуть другому полноценную жизнь.
– Но Главный так не считает? – спросил Гетц.
– Не считает. – согласился Сол. – Он сказал, что как только мальчик встанет на ноги, ему велят покинуть заповедную зону.
Гетц:
– А ты, что ответил?
– Ответил, что мы отсюда уберемся вместе.
– Ты шутишь? Где же ты будешь его учить?
– Здесь не единственное место, где летают птицы. – ответил Сол.
– Здесь единственное место, где учат летать.
– Значит, появится ещё одно. Хватит, идите, дайте отдохнуть больным и старым. – выгнал их Сол.
На улице Макс хотел порасспрашивать Гетца, но тот сказал, что будет до вечера занят, и поговорить они смогут за ужином в ресторане. Макс спросил, чем он будет занят.
– Попробую переубедить Главного. – ответил Гетц и ушёл.
– Переубедить Главного не получилось. – первое что сказал Гетц за ужином.
– Похоже он не в себе. Заявил мне, что заповедная территория птиц страдает от чужаков, особенно от оборотней.
– Это он обо мне.– сказал Макс.
– Не думаю, он говорил со мной и меня хотел оскорбить. Ну что ж ему удалось.
– Так Вы же летаете? – удивилась Рита.
– Для него я животное, зверь, а не небесное создание.
– Что же нам теперь делать? – спросила Рита.
– Делать придется много. Я отогнал свой трейлер к механикам, чтоб обновили колеса для внедорожья. Он у меня большой прям дом на колесах. Я часто уезжаю и колесю по горам. Машину совсем недавно ремонтировал. Так что надо собираться и в путь.
– Как это в путь, кто поедет, куда? – поинтересовалась Рита.
– Вы поедете домой, вам тут никто не разрешит остаться. А мы, я, Сол и Даня, поедем по горам искать подходящее место.
Рита хотела запротестовать, но Макс ей не дал:
– Мы Дане точно не поможем, а у них есть шанс.
Медленно шли к лазарету, почему то было очень тягостно. Но в палате отпустило, Даня пришел в себя, копошился на кровати и с аппетитом поедал всё подряд. Он уже знал вердикт Главного, и был рад.
– Я не хочу тут оставаться и учиться у такого злыдня не хочу.
Сол печально смотрел на него:
– Учиться тебе придется самому, я буду так для страховки.
Гетц сказал:
– Я отогнал трейлер в мастерскую, его переобуют, подлатают, утеплят и в путь.
Сол усмехнулся:
– Я так и знал, что с нами поедешь.
– А как же, я вообще здесь и в прямом и в переносном смысле из-за тебя.
– Вы давно знакомы? Расскажите, как вы познакомились? – попросила Рита.
– Давно. Сол тогда был Главный. Я пришёл сюда чуть ли не пешком, общественным транспортом, автостопом. У меня знакомый был колдун, когда увидел крыло, сразу меня сюда направил. Но тут чувствовали, что во мне не птица и устроили мне травлю. Я уже не подросток был, и то хотел уже сваливать. Но обо мне услышал Сол, позвал к себе, долго меня изучал, и понял, что во мне зверёк. Предположил либо летучая мышь, либо белка-летяга, либо что-то в этом роде. Велел дожидаться совета.
Но на совете все были против меня, возмущались и требовали, чтоб я удалился. Сол встал и сказал, что раз никто не хочет брать его ни в ученики, ни в подмастерья, то тогда он возьмет в ученики.
А у птиц нельзя брать учеников, если ты Главный. Некоторые его пытались отговорить, но большинство похоже обрадовались.
