Камнеметатели размахнулись и швырнули в окна свои снаряды. Каждый наверняка достиг цели: армия Виккелы шла плотно. Заработали живые цепочки, по которым камни, из рук в руки, передавались стоящим у окон.
Альрин усмотрела внизу фигуру в серой мантии.
– В такого непросто попасть, – усмехнулся Эллагир, тоже увидев вражеского мага. – Неброские цвета… Хитро.
– Ожидаемо.
Фиолетовая молния разрезала воздух и попала тоддмерскому чародею прямо в грудь. Тот упал на месте и тут же скрылся от обзора, заслоненный воинами, но Альрин точно знала: враг убит. Всякий маг знает судьбу своего заклинания.
«Раз», – подумала девушка, с удивлением отмечая, насколько легко и без особых колебаний отняла чужую жизнь.
Жизнь человека, быть может, опасного, но не угрожавшего непосредственно ей. Человека, который секунду назад о чем-то думал, смотрел широко распахнутыми от удивления глазами на этот мир, дышал полной грудью…
– Хороший выстрел, – одобрительно кивнул Эннареон. – Вон, еще один!
– Угу, вижу, – пробормотал Эллагир, на секунду замерев, а затем выкрикнул формулу.
Второй вражеский чародей упал мертвым на землю Румхира. Вдруг в проем, где стояли маги, ворвалась ярко-красная молния. Чудом не задев ни Альрин, ни Эллагира, она с шипением вонзилась в стену, оплавив камень.
Тангор грубо выругался.
– На пол! – проревел эльф, сам следуя своей команде.
Один метатель замешкался, и, получив следующую огненную стрелу прямо в грудь, упал. Альрин кинулась было на помощь, но Эллагир успел перехватить ее за запястье и утянуть вниз. Там, где только что была голова девушки, пролетело очередное заклятье.
– Плохо дело, – сказал Тангор, подползая к упавшему гному. – Он без сознания.
– Как могли чары подействовать на гнома? – удивленно приподнял голову Эннареон.
– Доспех, – коротко ответила Альрин. – Кольчуга приняла удар каким-то заклинанием Огня и в мгновение раскалилась. Бедняга потерял сознание от боли.
– Еще горячий! – воскликнул Тангор, стаскивая с лежащего доспех и обнажая жуткий ожог, – Нам теперь голыми биться?
– Это – идея! – фыркнул Эллагир, в свою очередь подползая к раненому. – Никогда не видел гнома без штанов.
– Я тебе и так покажу, – парировал гном, – если останемся живы. Убедишься, что наши расы гораздо более схожи, чем ты думаешь.
– Ловлю на слове, – усмехнулся маг, кладя руку прямо на обожженную, в волдырях и пепле от волос, грудь. –
Волдыри тут же исчезли, но кожа осталась ярко-рубиновой. Гном со стоном пошевелился.
– Нет, ты уж полежи пока, – пробормотал Эллагир, снова сосредотачиваясь на заклинании.
Исцеление Йерры было произнесено второй раз. Камнеметатель открыл глаза и шумно вздохнул.
– Все, приятель, за остальным – к лекарям, – проворчал маг, восстанавливая силы ментальным упражнением.
– А
Повисло недоуменное молчание.
– Книга! – наконец, воскликнула Альрин. – Другого объяснения нет. Она дает тебе какую-то особенную силу.
– Интересно, хорошо это или плохо, – проговорил эльф.
– Магический труд, написанный великим мастером, дарит мне свое могущество, – потер ладони Эллагир. – Что за вопрос? Конечно, это – хорошо!
– Дарит?.. – Эннареон на мгновение задумался. – Или, может, продает? И, если так, то какую цену он потребует однажды?
Чародей не успел ответить. Неожиданно раздался низкий гул, и стены крепости содрогнулись от страшного удара. Будто какой-то невообразимый великан, для которого весь Румхир – не больше булыжника, что валяется под ногами, залепил по нему хороший пинок. Все замерли в оцепенении.
– Что это, во имя Троара, было? – выдохнул Тангор.
Раздался еще один удар. С потолка пещеры посыпались мелкие камешки.
– Пора в
Они двинулись, собирая с пола пыль и ругая, на чем свет стоит, тоддмерцев.
– Виданное ли дело, чтобы гном ползал на брюхе у себя дома? – кипел гневом Тангор, перемежая речь эмоциональными фразами на своем языке.
Наконец, помещение с окнами покинул последний гном, и все двинулись к заветному коридору. Снизу доносились звуки сражения, усиленные эхом пещер.
– Врата пали, – горько вздохнул Тангор, идя во главе маленького отряда бок о бок с эльфом. – Судя по тому, что я слышу, бой идет в Первом Чертоге.
Они повернули, и внезапно оказались перед небольшой группой тоддмерцев. Те, видимо, пробились сквозь оборону, и теперь не знали, что делать дальше: продвигаться вглубь Румхира в отрыве от своих – убийственно опасно, а возвращаться назад, вроде бы, глупо. Их было четверо. Двое постарше, а двое – совсем юных воинов, выглядевших едва ли на двадцать лет. Один из них стоял, сильно накренясь на левый бок. Ближайший тоддмерец с клинком наголо ринулся на Эннареона, но вдруг упал с коротким всхлипом. Эльф, не отряхивая крови с меча, волшебным образом появившегося в руке, направил острие на оставшихся:
– Сдавайтесь, или будете убиты.
