В один миг притиснув новичка к стене, он принялся вдавливать свою мясистую пятерню в перекошенную от страха физиономию противника. Тот хотел что-то сказать, но Вадим нажал сильнее, загоняя слова обратно в глотку, и все, что парень ел на обед, вдруг исторглось наружу. Брезгливо отодвинувшись, Вадим перехватил скобу чистой рукой и впечатал кулак в живот пассажиру, чуть пониже грудной клетки. Парень хрипло кашлянул, его глаза налились кровью. Он попытался вдохнуть прежде, чем Вадим нанесет очередной удар.
Но Вадим решил, что с него хватит. Он помедлил лишь для того, чтобы вытереть руку о матерчатую обивку стены, потом отцепился и уже был готов оттолкнуться ногами, чтобы вылететь в один из дверных проемов.
Расчет траектории занял не больше секунды. Я сделал толчок первым. Восхитительный миг свободного падения – и я ткнулся в стену в метре от Вадима и его жертвы. Вадим растерянно уставился на меня:
– Мирабель… кажется, мы завершили переговоры?
– Я их только что возобновил, Вадим, – ответил я с лучезарной улыбкой.
После чего закрепился получше и нанес удар с той же небрежной легкостью, с которой амбал отделывал пассажира, и примерно в то же место. Вадим с тихим стоном сложился пополам, точно бумажная фигурка.
К этому времени остальные пассажиры успели забыть, что должны изображать непричастность.
– Не знаю, кто из вас общался с этим человеком, – обратился я к окружающим, – но сомневаюсь, что он на самом деле профессионал. По моему мнению, это только слова. Если вы заплатили ему за охрану, то почти наверняка выбросили свои деньги.
– Ты покойник, Мирабель, – сумел выдавить из себя Вадим.
– Значит, мне нечего бояться.
Я поглядел на его жертву. Пассажир, успевший чуть порозоветь, вытирал рукавом губы.
– Вы целы? Я не видел, как началась драка.
Ответ прозвучал на норте, но с грубым акцентом, который я не смог с ходу определить. Парень был невысок ростом и коренаст, как бульдог. Этим сходство с бульдогом не ограничивалось: к его физиономии точно приросла задиристая гримаса. Картину дополнял плоский нос и коротенький редкий «ежик», напоминающий щетину.
– Да… – он разгладил на себе одежду, – со мной все в порядке, спасибо. Этот олух начал угрожать, затем полез драться. Я рассчитывал, что кто-нибудь мне поможет, но вдруг почувствовал себя… предметом меблировки.
– Да уж. – Я презрительно оглядел «почтенную» публику. – Однако вы дали ему отпор.
– Черта с два это мне помогло.
– Боюсь, Вадим не из тех, кто способен оценить благородный жест. Вы уверены, что не сильно травмированы?
– Разве что немного тошнит, вот и все.
– Погодите.
Я щелкнул пальцами, подзывая слугу, который все это время висел в нескольких метрах от нас, – теперь я знал, как выглядит кибернетический буриданов осел. Когда он приблизился, я попытался приобрести для спасенного порцию противорвотного «коктейля», но на этот раз мои финансы действительно были на нуле.
– Спасибо. – Пассажир скупо улыбнулся. – Но думаю, у меня на счете достаточно средств.
Он обратился к роботу на каназиане – слишком быстро и тихо, чтобы я уловил смысл, – и тот выдал ему шприц с каким-то снадобьем.
Пока пассажир возился со шприцем, пытаясь попасть в вену, я повернулся к Вадиму:
– У меня хорошее настроение, Вадим. Можешь катиться на все четыре стороны. Но мне бы не хотелось снова увидеть тебя в этой каюте.
Он посмотрел на меня, кривя губы. На усах, точно хлопья, висели капли блевотины.
– Наши переговоры не закончены, Мирабель.
Отцепившись от стены, он повис в воздухе и обвел взглядом комнату. Очевидно, рассчитывал удалиться достойно. Однако я успел позаботиться, чтобы эта попытка потерпела крах.
– Погоди. – (Вадим как раз напрягся, намереваясь оттолкнуться от стены.) – С чего ты решил, будто я позволю тебе убраться, не вернув все, что ты успел украсть?
Он замешкался, оглядываясь на меня:
– Я у тебя ничего не крал. И у вас, мистер Квирренбах…
– Это правда? – осведомился я у пострадавшего.
Квирренбах замялся и покосился на Вадима:
– Да… да. Он у меня ничего не украл. Я даже не успел с ним толком заговорить.
– А как насчет остальных? – Я повысил голос, обращаясь к пассажирам. – Этот подонок успел у вас что-нибудь выманить?
Тишина. Примерно этого я и ожидал. Никто не решится признать первым, что его одурачила такая мелкая крыса, – теперь, когда они увидели, что он за ничтожество.
– Видишь, Мирабель, здесь таких нет.
– Может быть. – Я кивнул, выбросил вперед руку и схватил его за грудки. Лоскуты жесткой материи были холодными и сухими и на ощупь напоминали змеиную кожу. – А как насчет остальных пассажиров? У тебя были все шансы обтрясти человек десять с тех пор, как мы стартовали.
– Ну и что с того? – произнес он почти шепотом. – Это не твоя забота.
Его тон менялся с каждой секундой. Казалось, он корчится и оплывает, точно восковая фигура над огнем. Я мог смять его руками и придать любую форму.
– Как насчет того, чтобы не совать нос куда не просят и оставить меня в покое? Чего ты за это хочешь?
– Пытаешься дать мне на лапу? – рассмеялся я.
– Стоит хотя бы попробовать.
