Меня, стоящую у загружаемого экипажа, он увидел мгновенно, как, впрочем, и я его. И я не знаю, как это вышло, но я обернулась практически неосознанно, едва ли понимая причины своего поступка. И что-то в драконе изменилось.
Он сделал было шаг по направлению к ступеням, но тут же остановился.
Да, «Uiolare et frangere morsu» – это пятьдесят шагов радиус ограничения. И то, что дракон не сумел подавить табуированный запрет, сказало мне слишком о многом – Арнел был измотан. Измотан до такой степени, что сил у него уже не осталось.
Примерно так же, как и у меня.
И он стоял на пороге полицейского управления, прожигая взглядом ночь и мою душу и не имея никакой возможности приблизиться ко мне хотя бы на шаг… Мне внезапно стало искренне жаль, что я возвела барьер, который сейчас стал непреодолимым препятствием для нас обоих…
– Помочь? – вдруг предложил стоящий рядом со мной профессор Наруа.
Секундное сомнение и тихое:
– Да, если вам не сложно.
Маг достал трубку, два кристалла черного магопиума, дым, сформировавший нечеткое фосфоресцирующее серым цветом пятно, и мои слова, написанные с аккуратностью угольного куска:
«Спасибо».
Прочесть мое сообщение мог лишь Арнел, и он прочел, потому что в ответ дымным порывом мое слово было сметено, и появились уверенные и каллиграфические идеальные даже при таком способе написания слова:
«Я слишком многим вам обязан, чтобы «не замечать», насколько вы против замужества с Кристианом. Постараюсь встретиться с вами утром. К моему искреннему сожалению, сейчас подобное слишком… большая роскошь для меня».
На меня злились. Действительно злились. С «Uiolare et frangere morsu» не шутят, дракон мог бы в принципе подать в суд на меня и дело бы выиграл, но как бы мне самой сейчас ни было жаль, поступила я правильно.
«Буду утром», – то ли предупредил, то ли пригрозил лорд Арнел.
Мистер Уоллан подал мне руку и помог забраться в карету.
После устроились все мои домочадцы, кроме мистера Илнера, решившего ехать на козлах с кучером наемного экипажа.
Когда мы тронулись, я выглянула в окошко – лорд Арнел все еще стоял там же, на пороге полицейского управления. И создавалось ощущение, что он продолжает меня видеть. Видеть насквозь. Сжигая взглядом…
Мне чудился его взгляд до самого дома.
А дома нас ожидали сюрпризы.
Множество пренеприятных сюрпризов.
Во-первых… у меня теперь был новый порог. Он существенно отличался новизной, по сравнению со стенами здания, уже отшлифованными временем, ветрами, непогодой в целом. Во-вторых, магия.
Ее деактивировали.
Но это не означало, что я не ощущала привкус использованных для этой цели заклинаний. «Destrui» – заклинание тотального уничтожения было еще самым простейшим из них, и самым… гуманным. Наиболее гуманным.
И оно было уничтожено с какой-то лютой яростью. Все они. Кто-то пришел после «украсившего» мой дом убийственными заклинаниями мага и смел их все. Уничтоженный порог, боюсь, был следствием ярости как раз защищавшего меня мага… или, если быть точнее – дракона. Да, было бы глупо лгать самой себе о том, что я не понимаю, кто это был.
– В принципе все уничтожено, – произнес профессор Наруа, – опасности я не ощущаю, но на всякий случай…
И с его пальцев сорвались четыре призрачные гончие, с рычанием отправившиеся исследовать дом и окрестности и напугавшие до дрожи наших двух псов.
Мистер Илнер, соскочив с козел, прошел к порогу, оглядел его придирчиво и озвучил подошедшему мистеру Уоллану:
– Монолитная каменная плита поставлена, из нее вырезаны ступени. Топорно, но надежно.
– И единственный возможный вариант строительства в условиях морозной зимы, – произнес мистер Уоллан.
Мне вспомнился вид порушенного полицейского здания… Боже, как они его ремонтировать будут?!
В самом доме частичному уничтожению подвергся лишь кабинет профессора Стентона. Частичному потому, что книги, о которых профессор, несомненно, заботился, а потому магически защитил, сейчас стояли… друг на друге, а собственно книжные полки были уничтожены и осыпались пеплом. Пострадали также занавеси и окно, из-за чего намело сугроб снега… но непогода не затронула ни книг, ни стола, осыпавшись по контуру охранных заклинаний, и… снег не опал в одной части ковра…
Выдав тем самым местоположение напольного сейфа!
Я вошла в кабинет не первая, увы, а потому мне достался крайне заинтересованный взгляд естественно заинтересовавшегося находкой профессора Наруа.
– Будем открывать? – небрежно поинтересовался он.
Слишком небрежно.
Я внимательно посмотрела на мага – что-то мне подсказывало, что сам он открыть уже пробовал, более того – лорд Арнел также, потому что на снегу, осыпавшемуся по контуру охранного заклинания, имелись следы пальцев.
– Полагаю – отложим, – вежливо, но твердо ответила я.
В остальном вечер прошел в обстановке усиленной деятельности моих служащих и, к сожалению, бесполезного валяния меня в спальне, потому как сил у меня не было, магии также, возможности думать…
На напряженный мыслительный процесс сил не было так же, но я все равно думала.
Было о чем.
