- А как же, - злобно фыркнула Дымка и уселась на диван, с чемпионской гордыней на лице.- Обязательно вернется...
* * *
Адская мука ожидания постигла всех. Минуты тянулись бесконечно долго, словно эластичная резина.
Ауст с Коем в очередной раз нервозно проверяли камеры наружного наблюдения. Огонёк тихо плакала. Дымка, погрузившись в себя, молча сидела на диване, шумно дышала, красноречиво показывая свое недовольство, и временами едва слышно чертыхалась. А Снайпер, поедаемый ядовитыми червями душевных терзаний, ёрзал на стуле, стоявшего у края дивана. Чувство вины тупым лезвием скребло его кожу изнутри. Для него минуты шли вдвое медленнее, чем для всех остальных. А ко всему прочему в груди парня нылословно гигантская сердечная занозачувство досады, чувство, что его подло обманули, меркантильно использовали.
Спустя час, внезапный порыв злости напал на Снайпера. Сжав зубы, чтобы не закричать от исступляющего гнева на собственное бессилие, ничего никому не говоря, он стремительным шагом направился к лифту, сопровождаемый удивленным взглядами окружающих.
- Ты куда? - Спросил его Кой.
- Я на поиски Криса и Майкла, - мертвенно-сухим голосом ответил Снайпер, нажимая кнопку вызова лифта.
- Ага, - жестким тоном выкинула Дымка. - Проще поймать свою тень, чем твоего дружка.
- Это мы ещё посмотрим! - Огрызнулся Снайпер и покинул комнату-лабораторию.
* * *
Выбравшись из канализации, Снайпер побрел по пустой улице, залитой белой краской предвечернего солнцепека. Тихий, призрачный ветер едва слышно пролетал по пустым,скучным переулкам рядом с ним. Мертвенно-бледный, надкушенный у основания блин луны одиноко висел в светло-васильковом небе, как будто давным-давно утерянный кем-то медальон.
Куда идти Снайпер не знал. Поэтому он брел наобум, углубляясь в недра трущоб. Сознание парнядонимал каверзный вопрос: "Где в многотысячном городе искать человека, которого, не исключено, что может и не быть вовсе в городе?". Как только Снайпер оставлял попытки найти хоть мнимый ответ на нерешаемую задачу, он моментально принимался в очередной раз перекручивать в себе события последних дней, пытаясь обнаружить хоть какие-то жалкие зацепки, свидетельствующие, что его друг не может быть предателем. Но ни одна зацепка-воспоминание не избавляла от жгучего душевного гнета.
* * *
Гетто кишело патрулями, которые усложняли и без того сложные поиски. Почти на каждой улице виднелись человекоподобные фигуры, облаченные в полуночно-синюю форму. То и дело Снайперу приходилось забегать в какой-то разрушенный дом или магазин, и отсиживаться в укрытии порой до пятнадцати минут, ожидая пока минует потенциальная опасность.
Вечер робко подкрадывался к городу, придавая урбанистическим пейзажам трущоб ало-фиолетовый окрас.
В одном из окон дома, в который забежал Снайпер, скрываясь от внезапно появившегося на улице отряда Системы, он увидел силуэт ротонды бывшей часовни, располагавшейся в районе старого кладбища и, внезапно, его постигло озарение. Он вспомнил, что при переезде их группы в канализацию, когда решался квартирный вопрос, Крис как бы невзначай упомянул, что имеет какое-то убежище в данном здании. В его душе появился тлеющий, слабый огонёк иллюзорной надежды.
Как только патрульные миновали его временный приют, Снайпер покинул домик и стремительно побежал в сторону старого кладбища, ощущая, как выделяемые в кровь адреналин с серотонином игриво будоражат его мозги.
Добравшись до часовни, Снайпер аккуратно потянул за тяжелые деревянные двери, продырявленные бластерными пулями в нескольких местах. Раздался короткий, неприятный скрип. Снайпер вошел внутрь и включил фонарик на своей винтовке. Белый луч света осветил крохотное церковное помещение, большую часть которого занимали антикварные лавы с закругленными спинками, установленные ровными рядами. Посередине узкий проход, разделяющий зал на две стороны, вел к разрушенному временем и вандалами алтарю. В часовне царил угнетающийпокой и ощутимая на ощупь темень.
Снайпер провел лучом фонаря по старым стенам постройки, исписанным многочисленными рисунками-граффити неприличного содержания. Изучив настенное творчество неизвестных предшественников, он выключил фонарь. В сердце будто бы вонзился ржавый гвоздь. Голову моментально наводнили бедственные мыслиотчаяния, но вдруг... невесомую безмятежность тишиныперечеркнуло мягкоеурчание. В кромешной темноте, словно гром, раздался, отбиваясь сиплым эхом от стен, низкий бас:
- Ощущаешь ли ты,мой блудный сын, внеземное спокойствие, войдя в эту изуродованную грешникамиобитель света, наполненную до краев сливками тьмы? - Возвышенным церковным речитативом продекламировал Крис свою длинную реплику, как будто читая какой-то духовный памфлет.
- Крис! - Радостно выкрикнул Снайпер и снова включил фонарик.
- Тише, брат мой, - голос Криса доносился из правого крыла лав, примерно с первого ряда, - негоже поддаваться мирской презренной радости в храме господнем.