Повторно кликнув по тач паду, Снайпер услышал прощальный, недовольный стон ненагулявшегося монстра, после чего Анаконда впала в бессознательный сон.
— Вот это так поездка! — Тихо прошептал Снайпер, испытывая умопомрачительный драйв и продолжая отчетливо слышать бешеный рев двигателя в своих ушах.
— Да вообще жуть! — Послышался взволнованный голос Ауста. — Мне аж страшно было на экран смотреть.
— На экран смотреть было страшно? Да я тела своего не чувствую от страха. Ноги вообще будто резиновые. Боюсь, что никогда не смогу встать с этой твари.
— Боюсь, — голос Ауста заметно приобрел серьезность, — тебе придется это сделать и как можно скорее. На тебе сфокусировано несколько камер. — Снайпер посмотрел верх и увидел перед собой на стене какого-то завода блестящую линзу объективов. Ауст тем временем продолжил изъясняться: — Я не думаю, что истинный робот, доехав до пункта назначения, позволяет себе немного отдохнуть и прийти в себя, даже после самой сумасшедшей поездки. Такое поведение не свойственно бесчувственным машинам, согласись. Так что…
— Ладно, я понял. Хорош уже муссировать мне мозг.
Ауст замолчал.
Приложил титанические усилия, Снайпер спрыгнул на раскаленный, дымящийся асфальт, и неуверенной походкой побрел к углу завода.
— Дальше-то куда мне идти? — Спросил Снайпер, сжав левый кулак.
— Дальше предоставляю тебе полный карт-бланш действий. Куда тебе в голову взбредет туда и иди, но главное доберись до Купола.
— Окей! Конец связи, — ответил Снайпер, повернув за угол бетонного ограждения.
Экскурсия по центральной части Промзоны кардинально перевернула представление Снайпера о надежности и мощи Системы.
Раньше, после удачных налетов на малочисленные отряды патрульных, у него проскакивали мысли, что победить в войне против роботов не такая уж и сложная задача. В подобные минуты триумфа зачастую возникала стальная уверенность, что Система по существу беспомощна и практически беззуба, если её подопечные настолько слабы, предсказуемы и примитивны. Он убеждал себя, что Город Ангелов удерживает власть над Гетто только лишь за счёт формирования у жителей трущоб мнения о своей всесильности, могуществе и неуязвимости, исходно основанное исключительно на монопольной позиции Города Ангелов в производстве и распределении Нарка.
Однако после многочасового осмотра Промзоны, у Снайпера закрались серьезные, обоснованные сомнения относительно объективности своей предыдущей теории. Изнутри Система действительно казалась каменно-непобедимой. Это была настоящая свинцовая армада, истинный легион смерти, действительно вечная империя, несокрушимая, как гранитная скала.
В центре Промзоны, перед его взором предстало огромное количество военных заводов, конвейерных цехов по сборке роботов, складов, забитых доверху амуницией и боеприпасами.
Благодаря тому, что стены почти всех зданий и заводов Промзоны были сделаны из прозрачного стеклопластика, Снайпер стал свидетелем процесса сборки патрульного робота. Самым поразительным в этой операции оказалось время, затраченное на создание одной боевой машины равное одной минуте. За этот крохотный период автоматизированные механизмы, похожие на гигантские гибкие щупальца, по частям собирали тело робота, оснастили его микросхемами, загрузили программную среду и снабдили юнита оружием соответствующего класса. В финале робот уже самостоятельно, в полной определенности относительно своего назначения и своих последующих действий, покидал сборочную площадку.
От изумления Снайпер лишился дара речи, одновременно испытав гадкое на вкус чувство микроскопичности своих перспектив. Оказывается, все их многочасовые старания по уничтожению патрульных отрядов, нивелируются за какие-то жалкие три-четыре минуты.
Пройдя далее, он попал в индустриальный квартал, где сотни роботов трудились над изготовлением оружия и боеприпасов. Следующий квартал был кварталом каких-то лабораторий и исследовательских станций. И таких кварталов в Промзоне было несчетное количество.
По просторным асфальтированным улицам, то и дело слонялись группы патрульных и армейских роботов, подозрительно всматриваясь по сторонам, выискивая непонятно кого. Однако на одинокого робота, целенаправленно движущегося в западном направлении, никто почему-то не обращал никакого внимания.
Сначала сердце Снайпера замирало при каждой встрече с группами вооруженных армейцев, но убедившись, что его маскировка функционирует безукоризненно, он успокоился, и паническое чувство тревоги сменилось легкой обеспокоенностью, которая вскоре также исчерпала себя.
Примерно за полчаса, передвигаясь очень медленно, перманентно останавливаясь у тех или иных производственных биоцехов, Снайпер добрался до главной цели своей миссии — центральной площади Промзоны, где находился громадный панцирь невообразимого моллюска, архитектурный шедевр четвертого тысячелетия — здание Купола. Это было поистине монументальное творение.
