Илья пошел за своими вещами, которые забыл в последней палате, где его перевязывали, или, скорее всего, еще немного пообщаться с молодой медсестрой, которая все ему глазки строила, а Даша с Артемом остались ждать его в коридоре.
— Уезжай, — произнес почти шепотом Артём, не глядя на девушку.
— Что? — переспросила Юдина. Она с первого раза прекрасно поняла, что он имеет в виду, но не хотела себе в этом признаться, не хотела, чтобы он избавился сейчас и от нее.
— Я хочу, чтобы ты уехала. Как Полина. Побудь где-нибудь далеко отсюда пару недель. Сейчас тут небезопасно. Я боюсь, что…
— Но ты же мертв! Все об этом знают. Кому ты мог понадобиться?
— Значит, не все. Я уже попросил уехать Юрку с его семьей, Полину с сыном и мамой. Твоих тоже предупредил…
— Кого?! — перебила она его, подавившись воздухом. — Ты звонил моим?!
— Да, вчера вечером позвонил твоему деду и все ему объяснил. Извинился и сказал, что ему лучше взять отпуск, и твоей маме тоже, и уехать куда подальше. Вчера я попросил уехать их, а теперь тебя. Я боюсь… Боюсь, что не смогу защитить тебя.
Даша тяжело вздохнула и медленно выдохнула, пытаясь себя мысленно успокоить. Артём позвонил деду и все ему рассказал, а тот даже не перезвонил ей! Это сильно задевало ее, ведь с дедушкой она всю жизнь была очень открытой и секретов у них почти не было, а тут пришлось так долго врать про Князева, не рассказывать про свадьбу и еще какое-то время утаивать его временную смерть. Дед наверняка догадывался обо всем, хоть и продолжал подыгрывать ей. В последний раз, что она заезжала в гости, Иван Николаевич скорее всего понял, что Артём жив на самом деле, и ей бы хотелось, чтобы он узнал об этом не по телефону и без просьбы уехать из города на неделю-другую.
— Завтра же поеду к нему и…
Юдина не успела договорить — она поймала на себе такой тяжелый взгляд Артема, что осталась несколько обескуражена. Ей казалось, что он никогда не сможет так смотреть на нее. Видимо, заметив это, он пару раз моргнул и сразу же отвернулся, мысленно выругав себя за то, что не так слабо контролирует свои эмоции.
— Нет, только зря подставишь их под удар, — он покачал головой. — Так что не надо. Иван Николаевич все понял…
— Да ты хоть понимаешь, сколько я ему врала?! — взвилась девушка. — Родному деду! Из-за тебя!
— Он сказал, что все понял давно, — Артём не оставлял попыток объясниться, хоть и понимал, что это бесполезно, — что…
— И после этого ты думаешь, что я брошу его тут?
— Даша, он и вправду все знал с самого начала. Просто решил подыграть тебе, чтоб тебе было легче. Он совершенно не обижен. И бросать никого не надо — вот как раз и поезжайте все вместе на море, отдохните по-семейному.
— Только если ты поедешь со мной. Иначе можешь даже не заикаться об этом. Давай вместе сбежим? Не навсегда, но хотя бы на время.
Повернувшись к ней, Князев ладонью обхватил ее лицо, погладил большим пальцем по щеке и, глядя на нее бесконечно добрым, преданным щенячьим взглядом, проговорил:
— Сама же знаешь, я не могу.
— Ты и я. Вдвоем. Куда подальше.
— А кто тогда будет разбираться с этим козлом, из-за которого сегодня погиб наш человек? Кто поставит его на место? В этом городе развелось слишком много паразитов, и кому-то надо избавлять город от них. Сама знаешь, что когда заводятся паразиты, их надо просто травить, а не съезжать с квартиры.
— Травить?
— Да, Даша. Дипломатией тут ничего не решишь. Либо ты, либо тебя. Видит бог, я пытался вести дела по-другому, без всей этой криминальной херни, но ты видела труп нашего парня. Его, кстати, звали Лешкой. Ты видела труп твоего друга Стаса Карпеева. Ты видела все это — вот куда меня завела эта чертова дипломатия.
— Почему ты?!
— А кто еще? Это моя проблема и мне ее решать.
— Но после этого появится другая проблема, а потом еще одна, и так до бесконечности. Мы никогда не выберемся. А я хочу, Артем. Я хочу выбраться. Мы же не можем жить так всю оставшуюся жизнь… Мы ее не доживем так.
— Я не знаю, что будет в будущем, но прекрасно знаю, что происходит сейчас. Поэтому сейчас я прошу тебя уехать. Даша, я…
— Значит, я никуда не еду, — она с уверенностью посмотрела на него. — Будем травить вместе. Не пытайся спорить или переубедить. На этом разговор закончен.
Артём хотел было что-то сказать еще, все-таки попытаться заставить ее изменить мнение и уехать отсюда на какое-то время, пока он разберется со всем, но из-за двери вышел Волков. При друге он не решился разыгрывать сцены. Да и не стал пытаться еще и потому, что знал, что это бесполезно — Даша либо поедет только с ним, либо вообще никуда не поедет. Конечно же, он мог сейчас согласиться, а вечером усадить ее на первый поезд, который едет подальше отсюда, и запереть в купе до конечной станции, но знал, что она как домашняя кошка сразу же вернется назад любыми путями, да и не даст она так просто себя увезти отсюда, от него. Прошло слишком много времени, она привыкла к такому, а потому совершенно не осознает опасности происходящего, а если и осознает, то как всегда смело бросает вызов судьбе.
