На другой стороне поля битвы три Варвара, вооруженные копьями, вонзили ихтв тело рыцаря с трех сторон. Пустынные воины и войска Фонтена двинулись сзади, непрерывно пробивая щели в рыцарских доспехах. Рыцарю удалось устоять, несмотря на то, что он был пронзен, он, ревя, махнул кулаками и сбил врагов поблизости. Рыцарь вдруг вскочил и замахал большим двуручным мечом в его руке, перерезав шею рыцаря. Парень взревел от боли, схватив рыцаря за ноги в последние минуты и разорвав его надвое. Только после этого он медленно рухнул.
Кровь текла повсюду.
При этой мысли взгляд Ричарда невольно устремился обратно на Синклер. Ее очаровательное лицо было запятнано черной кровью, сломанная руна на ее груди тоже излилась красновато-черной жидкостью. Он чувствовал сильное отвращение, естественное отвращение, которое, казалось, исходило от его эльфийской крови. Это не было иллюзией, а истинным антагонизмом между двумя полярными противоположностями.
Раздраженная черной кровью, кровь Ричарда стала чрезвычайно мощной. Она закипала от энергии, как будто призывая его в бой. Ричард пробормотал про себя, когда в его голове промелькнуло несколько мыслей, в конце концов он решил что-то немыслимое.
Он оценил расстояние между собой и Синклер, внезапно шагнув вперед, и нефритовая зеленая луна появилась у него на голове.
Третья луна, зеленая луна. Соответствующий секретный меч был благочестивой молитвой, навык, который был эквивалентен исцелению клирика. Пользователь меча мог бросить его на себя или бросить на цель. Это была первая успешная попытка Ричарда использовать этот навык, нефритовый зеленый свет медленно исходящий от его тела. Мох начал расти на полу под ним, образуя зеленый лист..
Сначала Синклер понятия не имела, что происходит, но ее обостренные чувства сказали ей, что происходит что-то очень опасное. Она инстинктивно попыталась уклониться, ее фигура начала исчезать в ночи. Тем не менее, навык уже сформировал луч нефритово-зеленого света, который упал на ее позицию, испуская ауру жизненной силы, которая, казалось, окутала все небо. Ее фигура снова стала видимой.
Этот навык, который обычно исцелял раненых, заставлял девушку кричать!
Лунный свет начал разъедать кожу Синклер, когда косался, создавая большое облако тумана. Это было, как будто она была сожжена сильнейшей из кислот, когда луч сиял на ее идеальной коже, обнаженная плоть от ее ран начала таять. Она вскрикнула и спрыгнула со стен замка, но зеленый лунный свет отказался отпускать ее, и угасая, вся ее энергия была израсходована.
Мантикора выпрыгнула из темноты, ловя свою хозяйку. Он уже пожрал двадцать рыцарей посреди этого хаоса, но это лишь немного помогло насытить его пустой желудок. Чтение душ оставило его слишком голодным, и, увы, на поле боя было слишком мало мощных бойцов.
Синклер едва могла усидеть на звере, ее очаровательное лицо обуглилось до неузнаваемости лунным светом. Ей пришлось приложить все усилия, чтобы не упасть со спины.
Она посмотрела на Ричарда с огромным отвращением, с опухшим красным правым глазом, ее левый уже ослеплен. Она указала на него пальцем и хрипло воскликнула: “Дорогая! Съешь его, не оставь ни одной косточки! Не забудь оставить мне сердце! Забери всех его женщин, я буду пытать их десять дней, прежде чем убить!”
Мантикора издала низкий рев, быстро встав. Тем не менее, Мантикора не бросилась к вершине замка, вместо этого повернув свое тело вокруг, он послал угрожающий рев в далекую темноту.
Синклер была поражена. Эта мантикора была существом, которое она вырастила с юности, и обладала человеческим интеллектом.
Она вдруг обернулась, увидев, что Ричард решительно смотрит на нее сверху. Он указал ей жестом, будто перерезает горло.
Праматерь, наконец, вышла на поле битвы.
Том 2. Глава 145
Глава 145. Праматерь вступает в бой
Ричард бросил последний взгляд на Синклер с крыши замка и больше не смотрел на нее. Он изо всех сил старался не потерять сознание, волны головокружения захлестывали его в изнеможении. Он удерживал себя, оставаясь трезвым и бодрым, продолжая наблюдать за обороной.
Он должен был уничтожить эту армию прежде, чем сможет уничтожить Синклер. Никто не знал, как долго продержится его мастерство и божественное пламя, или сколько силы, которые у юной леди еще остались. Он должен был убить и ранить как можно больше рыцарей медвежьей стражи, чтобы она могла скрыть себя и начать свои атаки еще раз. Эта битва была гонкой со временем.
Ветряные волки уже распространились по дуге вокруг поля боя, приближаясь к кормушке вместе с Праматерью. Битва все еще была кровавой и интенсивной, десятки солдат умирали без конечностей. Рыцари медвежьей стражи сбрасывали со стен один за другим, ревя, они падали на смерть. Солдаты использовали свои жизни, чтобы остановить этих чужеземных демонов.
