На самом краю беззвёздного города корней, на крутом обрыве, на берегу моря спит старый маяк. Путник, прибывший в город, всегда может остановиться здесь на ночь. Хранители маяка всегда рады гостям, они радушно примут вас, напоят горячим чаем и с удовольствием расскажут парочку интересных историй, случившихся в беззвёздном городе за бесконечно долгое время его существования, историй о чудовищах и о других мирах, о любви и дружбе, о жизни и о смерти. Не бойтесь папочки Лиса и Нытливой Мрази, ведь самое страшное ждёт впереди… Добро пожаловать в город корней!
На самом краю беззвёздного города корней, на крутом обрыве, на берегу моря спит старый маяк. Путник, прибывший в город, всегда может остановиться здесь на ночь. Хранители маяка всегда рады гостям, они радушно примут вас, напоят горячим чаем и с удовольствием расскажут парочку интересных историй, случившихся в беззвёздном городе за бесконечно долгое время его существования, историй о чудовищах и о других мирах, о любви и дружбе, о жизни и о смерти. Не бойтесь папочки Лиса и Нытливой Мрази, ведь самое страшное ждёт впереди…
Добро пожаловать в город корней!
У лисы нет души
У лисы только хвостик
― И-и-и… ― мерзкий скрипучий звук заставил меня открыть глаза и стих.
Три дня я жила у Тани ― моей крестной ― и каждую ночь этот звук, доносившийся с балкона, не давал мне спокойно спать.
Я лежала лицом к спинке дивана и боялась повернуться. Почему-то меня очень пугало это «и-и-и».
Два раза я говорила об этом звуке своей крестной, но она отвечала, что ничего такого не слышала, и, наверное, это просто шум с улицы. Я заглядывала на балкон днем – там не было ничего, что могло бы издавать такие звуки.
Я лежала, слушая монотонное тиканье часов и собственное дыхание.
– И-и-и… ― снова донеслось с балкона.
Моё детское воображение, на которое не могли не повлиять все посмотренные и прочитанные мною ужасы, рисовало жуткие картины со всевозможными монстрами по ту сторону балконной двери. Я пыталась отвлечься мыслями о чем-то легком и радостном, но в голову так и лезли кадры из фильмов ужасов, а внутренний голос цитировал страшные истории. Хотелось вскочить с дивана и броситься в комнату, где спала Таня, но я не могла заставить себя даже пошевелиться. Тело стало ватным от страха. Хотелось закричать, но я и это боялась сделать. Я боялась даже закрыть глаза. Мне больше всего на свете хотелось, чтобы поскорее наступило утро. Но время будто остановилось. Мне было ужасно жарко. Всё тело затекло. Я едва сдерживала слёзы.
Сквозь балконные окна в комнату проникал свет уличного фонаря, небо в ту ночь было безоблачное и луна светила довольно ярко, поэтому я отчетливо увидела тень, которая вытянулась на стене передо мной. У неё была тяжела, продолговатая, как у лошади голова, которая неуклюже громоздилась на непропорционально тонкой шее и слегка покачивалась.
Сейчас, вспоминая это, я удивляюсь: как у меня (на тот момент ― восьмилетней девочки) не остановилось сердце. О чем я думала тогда? Этого я не помню. Таня рассказывала, что прибежала на мой крик, а я не отвечала на вопросы, плакала и заснула только под утро. А, проснувшись, сказала, что хочу домой и больше не останусь на ночь в этой квартире.
После того случая прошло восемь лет. Воспоминания о ночи в Таниной квартире становились всё менее яркими, и все больше казались мне сном или результатом игры моего воображения. Именно поэтому, когда Таня со своим мужем уехала на две недели, оставив моим родителям ключи от квартиры, чтобы мы поливали цветы и кормили рыбок, я уговорила маму разрешить мне остаться там ночевать. Мотивировало желание посмотреть марафон аниме, которое показывали ночью – дома мне бы точно не разрешили.
Вечер прошел спокойно. Я сидела в интернете, слушала музыку, каждые 2-3 часа мне звонила мама и спрашивала, всё ли у меня нормально. В десять часов я сказала ей, что уже ложусь спать. Разумеется, это была ложь. До начала марафона оставалось два часа. Ноутбук разрядился и отключился, поскольку зарядник от него я благополучно забыла дома, моим единственным развлечением остался телевизор. С небольшими перерывами переключая каналы, я дождалась полуночи и осталась наедине с аниме. Окончательно забыв о своих детских страхах, я погасила свет и устроилась на диване. Но моё счастье было недолгим. Сначала я не придала значения шуму, как мне показалось ― с улицы, просто прибавила громкость на телевизоре. Но, когда началась реклама и я отвлеклась от сюжета аниме, я услышала то, от чего по телу пробежали мурашки.
– И-и-и… ― звук был, явно не с улицы.
Балкон был скрыт от меня плотными шторами. Мысленно убеждая себя в том, что это просто игры моего воображения, я встала с дивана и включила в комнате свет. Стало немного спокойнее. Балкон был заперт, в любую минуту я могла выбежать из квартиры, под рукой у меня был сотовый телефон – все эти мысли придали мне немного уверенности. Реклама закончилась, и я вернулась на диван, но былой беспечности было уже не вернуть. Я постоянно прислушивалась, вздрагивала от каждого шороха и уже жалела о том, что осталась в этой квартире. Прошел примерно час, когда я вновь услышала это:
– И-и-и…
