««Очень силен» — выражение, явно недооценивающее истинное положение вещей», — подумал Хет. Он хотел добраться до внешней стены Академии, перемахнув через которую, они смогут найти уйму мест для того, чтобы скрыться. Больше всего он боялся оказаться загнанным в угол в одном из этих тупиковых двориков. Он потянул Илин за рукав и повел вдоль колоннады, только гораздо медленнее, чем раньше, чтобы слышать своих преследователей.
— Я придумала, — прошептала Илин. — Почему бы нам не спрятать где-нибудь эту книгу, например, швырнуть ее в чье-то окно, а потом увести похитителей подальше отсюда?
Хет обдумал это предложение, но оно не меняло того факта, что, если их поймают — с книгой, без нее ли, — они все равно что мертвы. А сейчас, когда древние реликвии были у него почти в кармане, он совершенно не желал их упускать, если это не будет совершенно необходимо. И уж особенно такую драгоценность, как книга.
Он начал было отвечать, как вдруг Илин резко затормозила, и он почти налетел на нее. Прежде чем он успел выругать ее, Хет увидел, как тьма перед ними зашевелилась. Что-то там было. Что-то бесформенное, но пугающе массивное, будто кусок темной стены выступил им навстречу, готовясь схватить их в свои объятия. Илин сжала ему руку, и они попятились, инстинктивно стараясь не шуметь, хотя Хет не мог бы сказать, откуда у него возникло убеждение, что быстрота движений лишь увеличивает опасность.
Сгусток тьмы покинул колоннаду и оказался освещен луной. На какую-то долю секунды красноватые отблески пронизали его, обрисовав нечто отдаленно человекообразное, но с поднимающимся за головой гребнем и странной формой тела. Волосы на затылке Хета зашевелились. Это нечто двигалось так, будто пребывало в нерешительности.
— Мне кажется, оно не знает, что мы тут, — почти беззвучно шепнула Илин.
Внезапно существо молниеносно пришло в движение, сначала кинувшись от них, но тут же изменив направление и двинувшись обратно, но с такой быстротой, что смертельный холод, исходивший от него, заставил Хета попятиться на несколько шагов.
Нечто остановилось, но тут же поплыло, как бы гонимое ветром, к ним медленно и угрожающе.
— Теперь оно уверено, что мы тут, — мрачно предположил Хет.
Существо гнало их в направлении темного входа во двор. Хет попытался обойти его, но оно двигалось быстрее ветра, перекрыв проход и продолжая загонять их в темный двор. «Потому что там мы будем заперты», — думал в отчаянии Хет.
— Это опять призрак? — спросила Илин. — Вроде того, что был в доме Раду?
— Я надеялся, что ты сама поймешь.
— Мое образование не простирается в такие области. По-моему, этот куда сильнее. Ты не находишь?
Он находил. Воздух вокруг них становился все холоднее, загоняя их под арку. Это нечто действовало как призрак, оно ощущалось как призрак, оно, надо думать, и убьет их как призрак, но Хет никогда не слышал о призраках, которые бы выглядели как кусок окаменевшей тьмы. Они становились видимы, лишь когда взметали вихрем пыль или роняли какие-нибудь предметы. «Возможно, каждый, кто встречался с призраком этого сорта, мертв», — подумал Хет. Это была теория, которую они вот-вот могли проверить на практике.
А сейчас они оказались в ловушке. Двор был маленький, окруженный стенами зданий без окон и ограниченный в конце глухой стеной.
Внезапно холод как бы исчез из воздуха, а само нечто закрутилось, будто боролось с кем-то. Затем оно вдруг уменьшилось в размерах и превратилось в маленькую красную точку.
Позади точки стоял Аристай Констанс, загораживая выход из двора.
Илин с трудом вдохнула воздух, шепча:
— О нет, нет, нет…
Констанс сделал какой-то жест, и последний красный огонек призрака исчез. Аристай неторопливо подошел к ним и произнес:
— Что ж, я думаю, мы все знаем, зачем я здесь.
Хет шагнул вперед, не имея никакого другого плана, кроме как отвлечь внимание Констанса от Илин, чтобы та успела проскочить у него за спиной. Но он тут же оказался на земле, а в легких у него не осталось ни капли воздуха, а ноги онемели, начисто отказались ему служить.
— Постарайся хоть иногда не вмешиваться, Хет, если можешь, — сказал Констанс.
— Оставь его в покое, — ответила Илин.
Она вытянула одну руку, ее глаза сузились, выдавая внутреннее напряжение. Воздух между ними, казалось, сгустился, тени обрели объемность, даже вес, наливаясь какой-то силой. Констанс шагнул вперед, и слабая конструкция, сооруженная Илин, развалилась, распалась, будто кучка соломы, попавшая в песчаный вихрь. Констанс спокойно произнес:
— У меня нет времени играть с тобой в игрушки, Илин. Отдай мне книгу. Риатен показал себя дураком, выпустив ее из рук. Не добавляй к его глупости свое сопротивление мне.
«Он думает, это экземпляр Риатена», — удовлетворенно подумал Хет, но тут же постарался выбросить из головы все мысли.
