Но и полного поражения не получилось. Во многом потому что диктатура алашанитов держалась на одном лжеце, и с его уничтожением культ кровавых колдунов тоже оказался обезглавлен. Полагаю, огромное количество угнетённых людей вздохнули с облегчением.
Всё это как-то связано, но я пока смутно понимал, как.
— Слушай, а ведь ты прав. До меня только сейчас дошло. У наших версий Города разрыв в два дня. Как мы вообще можем общаться? — удивлённо посмотрела на меня Таня.
— Так же, как некоторые могут посещать Несбывшуюся улицу. Кстати, а ты свободно смогла пересечь границу?
— Да. И… первоуровневые тоже ходят между ними, будто не замечают разницы.
— Покажи, — я решительно встал из-за стола.
— Э-э… что показать?
— Идём на улицу. Скоро должен начаться местный фестиваль. Хочу взглянуть на то, как он будет переходить в антиутопию. А пока идём — рассказывай, как ушла из собора и что прихватила с собой.
Нас окружила приятная расслабляющая музыка уличных музыкантов.
В воздухе пахло свежей выпечкой и пряностями. По улице мимо нас пронеслась группа школьниц в венках из чёрных кореньев. Они размахивали чёрно-янтарными флажками с выражением восторга на лицах.
Вдоль дороги расположились увешанные лентами арки. Повсюду было множество ларьков, где продавали разные поделки. Улица рядом с моим домом была выбрана для стихийной ярмарки.
Люди вокруг лучились дружелюбием и радушием. Отовсюду лился смех. Какая-то парочка влюблённых плясала под падающими откуда-то сверху разноцветными конфетти.
— Выпей сидру за Владыку! — Гулко, выделяя каждое слово, включая предлог, произнёс громадный мускулистый мужик за пятьдесят.
Он протянул мне полную деревянную кружку пенящегося напитка с ароматом яблок. За спиной у мужика была громаднгая бочка с большой надписью «БЕСПЛАТНО!».
— Какое красивое эхо! — восхитилась Таня и вслед за мной приняла угощение.
Мужик хлопнул меня по плечу:
— Порадуй невесту, а то негоже мрачной в такой-то день! — шепнул он мне доверительно, будто лучшему другу.
Прекрасно слышавшая всё Тень усмехнулась, чем вызвала искреннюю радость на лице у мужика.
— Идём, сестрёнка! Мама скоро будет петь!! — пронесся голос девчонки лет тринадцати, за которой следом неслась сестрёнка лет на пять младше.
Впереди возвышалась ритуальная конструкция, обвитая лентами.
Две женщины, видимо Дафна и Нефтис, стояли на коленях друг напротив друга, воздев руки к небу и формируя таким образом что-то вроде трона для главного бога пантеона — жирного чёрного кота с лоснящейся шерстью и янтарными глазами по всему телу.
Мимо меня пробежала улыбающаяся шестилетняя девочка, демонстрируя пару отсутствующих молочных зубов.
— Коцветы во славу владыки! — произнесла она и протянула букет чёрных ромашек с янтарным пятном в центре.
— Возьмите глазастик за повелителя! — произнесли у меня за спиной, и я увидел другую, лет восьми, с длинными светлыми волосами. На подносе были ароматно пахнущие свежей выпечкой пирожки в форме янтарного глаза.
Играла музыка. Слова показались знакомыми, но я вспомнил, где уже слышал это. В канализации в исполнении КиШа. Теперь же пел кто-то другой, незнакомый, но это тоже был позитивный рок.
«В старом подвале, где темно и сыро, живёт странный кот…»
Мда, на том цикле с инквизицией эта религия выглядела совсем иначе…
Пирожки, впрочем, вкусные. Как и сидр. Сделано было на совесть, давненько я такого не пробовал.
Я открыл карту и сверился с линией, нарисованной Августой.
Она проходила совсем неподалёку отсюда. Чего по этому параду счастливых лиц совсем не заметно.
— Я была в подвале, когда всё началось, — сказала она. — Потом Феликс сказал, что увидел подкрепление и должен вас предупредить. Но не вернулся. Видимо, тоже перешёл в новый круг.
— Его убил Мирт, — кивнул я.
— Крыса ваш Мирт. Но может, если стереть память, то ещё можно вернуть ему человеческий вид. Нормальный человек по своей воле с неспящими не свяжется.
— Что по артефактам?
— Можем прогуляться ко мне — покажу. Несколько сетов шмота на мага крови, некоторые артефакты. Будет где-то на треть от суммы за лекарства.
— Что, сокровищница хуже лаборатории?
— Стабильное на девятом эхо лекарство без магии — это очень круто. Я вот думаю, что продешевила — некоторые начали купленное у нас перепродавать.
— Ничего, не последний раз.
— Да, ты приносишь удачу, — улыбнулась Таня.
Тем временем, мы как раз подошли к точке, разделявшей две версии Города.
И удивительную парадоксальность этого явления я увидел собственными глазами.
Потребовалось некоторое время, чтобы переварить это и сделать выводы. Слишком многое становилось понятно о природе Города, но вместе с тем вызывало ещё больше вопросов.
По увешанной лентами улице, украшенной флагами с янтарным глазом, шла счастливая семья. Отец приобнимал мать. Та довольно улыбалась и оживлённо что-то рассказывала. Маленький сынишка лет шести бегал вокруг родителей с игрушечным котёнком в одной руке и сахарной ватой в другой.
