— Та дома… слушай, я чего звоню… передай сегодня в академии, что я пасс… дерьмово мне что-то совсем. Простыл видать.
Сперва я удивился. На него это было совсем не похоже. Но просто так он точно ничего не говорил. Сперва это меня удивило, но затем я смекнул, что скорее всего кризис будет связан с какой-то заразой.
Это же подтвердила и Таня.
Тень: шестьдесят шесть. Ланцеты.
Полярис: а на понятном языке есть синоним?
Тень: черви.
Я поморщился. Есть и такая гадость, оказывается.
Полярис: Мне звонил Полоскун. Скорее всего, будет что-то связанное с болезнями. Паразиты?
Тень: подходит. Вполне в духе ланцетов. По пути зайди в аптеку и набери антибиотиков… и антисептиков тоже. и антигельминтное что-то
Тень: маска же у тебя с собой? если они будут в воздухе — должно помочь. Спирт тоже в аптеке захвати, если продаётся на этом круге
Трамвай остановился у станции метро, и дальше мой путь повторился. За исключением того, что в вагоне не было девочки с топором. И кого-то ещё… я напрягся и вспомнил, что был ещё какой-то неприметный худощавый мужик. Он тоже отсутствовал.
А вот две подруги-эмочки были здесь в то же время. Взгляд вновь застрял на них. Вернее, на чёрных джинсах с заниженной талией, перевязанных поясами с заклёпками. Лучший вид одежды на девушках, что был в две тысячи седьмом.
Девчонки мой взгляд перехватили, переглянулись и озарились солнечными улыбками. Я шагнул к ним — в запасе ещё было ещё две станции, чтобы познакомиться, а настроение у меня было сейчас очень хорошим.
Но в следующий миг в вагоне появилась недавняя знакомая со сходки. Чёрная с фиолетовым клетчатая рубашка на размер больше положенного, на ногах рваные затасканные кеды, в глазах — безумие. Не хватало только неизменного орудия лесоруба. Без него образ казался не полным.
В прошлый раз она появилась намного позже. Что она делает в моём районе? Не меня ли выискивает? Блин, теперь она знает на какой станции метро я вхожу…
Жёлтые глаза уже безошибочно определили меня. Но на этом её коммуникабельность оборвалась не начавшись. Однако желание заводить новые знакомства быстро поубавилось.
На этот раз я вышел на станцию раньше. Как и два ангела в чёрно-розовых шмотках, делая мир немного тусклее.
Станция метро «Университет», названное в честь НИИ, название которого каждый раз менялось под легенду круга.
Здесь же, на станцию раньше чем в прошлый раз, вышла и тёмная желтоглазая тень.
Поскольку нужный выход из метро был мне неизвестен, я поступил так же, как и в прошлый раз — пошёл туда же, куда и она. Скорее всего, нам снова в одну сторону. Потенциальные коллеги, как ни как.
Говорить девчонка со мной не собиралась и вниманием не одаривала. Для неё будто вовсе не существовало мира вокруг. Только она и некая точка условной цели перед глазами.
Я вынырнул наружу следом за ней.
Снова под моросящий осенний дождь в город. Вливаясь в струю народа спешащего по своим делам.
Откат времени вновь смыл все последствия недавних сражений на улицах. Никаких следов странностей. Машины, люди, здания, стальное дождливое небо, янтарные краски осенней листвы.
Как я и думал, искать нужное место не пришлось. Девчонка упорно меня не замечала, хотя я шёл за ней след в след. Пока я сам её не окликнул.
— Погоди. Алекса, да?
Она встала на одном месте, будто не могла разговаривать на ходу.
— Как много имён и как мало смысла! — патетично произнесла она и затем резко развернувшись ко мне, сменив тон на манер гопоты и грубо бросила. — Чё н-нада?
Выразительное лицо девушки при этом довольно красочно описало всю соответствующу гамму чувств, даже с некоторым перебором. Будто подгнивший лимон сожрала.
— Ты же в «смайл»? — спросил я.
— Сицилийская, — бросила она.
— Что?
Но она уже развернулась и продолжила путь.
И что это было вообще?
К счастью, главный вопрос отпал, стоило нам повернуть за угол. Логотипом кофе был жёлтый улыбающийся глазастый смайлик, под которым была вывеска «пиццерия».
Выкрашенный желтый прямоугольник под вывеской с коричневым козырьком говорил и дверь. Самое обычное заведение, без лишнего пафоса — малозаметная пиццерия среднего звена. По крайней мере, впечатление было именно таким.
Кафе оказалось достаточно пустынным. В такую рань почти все места были свободны, а работники ещё только приходили в себя и пили утренний кофе, болтая о чём-то своём.
Единственная компания была за столом с мягкими алыми креслами. Шесть человек — три знакомых мне парня, школьник с белыми волосами в длинном шарфе. И две девушки — обе были мне незнакомы.
Я сразу заметил Мирта, затем рядом с ним — Михаила. Феликс сидел скраю, поглощая разноцветные шарики мороженого. С края сидела готесса — мрачная черноволосая бледная красавица с отстранённым равнодушным видом. На ней было обилие цепочек и амулетов, в основном из непонятных эзотерических символов.
У окна — неприметная девчонка с растрёпанными каштановыми волосами, которая забилась в самый дальний угол и будто делала вид, что её нет.
