Он увидел девушку-продавщицу. Зеленоглазая блондинка, с длинными волосами, пышными и блестящими, как у кинозвезды, она смотрела на Вадима и молча ждала. Потом улыбнулась смущенно, как улыбается совсем еще маленькая девочка. Зеленые глаза ее блеснули тихонько, неподвижные черные зрачки бесшумно вздрагивали. Она моргнула, и Вадим моментально забыл, зачем он сюда пришел. Кто эта принцесса из старой, забытой сказки? Кто она? Где Вадим видел ее раньше? То, что не в Торонто - ясно, в Торонто не бывает подобных красавиц. Такую сказочную принцессу можно увидеть там только в кино, в голливудском фильме - и нигде больше.
Все закружилось перед Вадимом. Огромный цветной мир вокруг - он словно бы утонул, растворился в волшебном сиянии зеленых глаз туапсинской принцессы.
И Вадим начал все вспоминать. Он шел к другу Косте... Остановился, чтобы купить вина. Ага! Вот, что он здесь делает!..
- Простите, - Вадим протянул деньги. - "Черные Глаза", пожалуйста, бутылку...
- Еще что нибудь?
Вадим оглядел витрину. Пожалуй: надо взять сладкого на закуску. Костя только обрадуется. Взгляд Вадима упал на коробку конфет "Птичье Молоко".
- И "Птичье молоко" еще, пожалуйста...
- Вы знаете, - девушка улыбнулась трогательной, провинциальной улыбкой. - "Птичье молоко" у нас не очень свежее. Лучше возьмите мармелад в шоколаде. Он свежий.
- Мармелад в шоколаде? - Вадим уже и забыл, что это. "Птичье молоко" польского производства он часто покупал в польских магазинах Торонто и в русских магазинах Северного Йорка. Поэтому он чуть растерялся и спросил неуверенно: - А это вкусно?
Девушка опять улыбнулась. В ней словно проснулся ребенок.
- Вкусно. - Ответила она. - Очень.
Светловолосая девушка с искренним любопытством рассматривала посетителя, задавшего такой несерьезный вопрос. И Вадим понял: ведь, он иностранец здесь. А иностранцев в провинциальной России любят. Иностранцы интересны. Тем, что они иностранцы, хотя бы.
- Я вспоминааю, - Вадим действительно вспомнил, - когда-то я ел мармелад в шоколаде. Когда-то, очень давно...
- А вы откуда приехали? - Спросила девушка, разглядывая молодого человека, все с той же своей провинциальной непосредственностью.
- Из Канады, - ответил Вадим. И добавил: - Но я родился здесь, в Туапсе. Только, это было очень давно теперь...
- Ой, как интересно! - Девушка покачала головой. - Правда, из Канады? Вы там долго жили?
- Десять лет. - Ответил Вадим. А про себя подумал: "Начиная с сегодняшнего дня - десять лет".
- Хорошо в Канаде? - Спросила красивая девушка.
Вадим задумался. "Если честно, то не очень. Но где тогда хорошо? В Туапсе?.."
- Нормально. - Сказал он.
- Нормально... - Девушка покачала головой. - Как бы я хотела там побывать...
- А как тебя зовут?
- Света.
- А меня Вадим.
Он замялся.
- А ты... ты сегодня работаешь долго?..
Света внимательно посмотрела на него.
- До шести.
- А сколько сейчас?
Света глянула на часы.
- Сейчас два. Без пяти минут...
- Можно, я за тобой зайду? В шесть часов...
- Можно.
...Расставшись с красивой девушкой Светой, Вадим шел дальше. Он шел, разглядывая улицу и разглядывая дома, но все это теперь меньше интересовало его, чем еще полчаса назад.
Он добрел до знакомого дома на улице Гоголя, на четвертом этаже которого, Вадим помнил, жил тогда - десять лет назад жил Костя Лопушинский.
Он вошел в подъезд, он поднимался по лестнице. Дыхание перехватывало. Ведь, столько лет прошло! Костя, наверное, постарел. У него, наверное, седые волосы и борода - тоже седая. Вадим, наверное, его не узнает.
Остановившись у когда-то знакомой и давно уже забытой двери, Вадим не решался. Он поднял руку, чтобы нажать звонок, но...
Стоп! Бред какой-то. Ведь, все это сон. Сон. И Вадим знает, что это сон. Нет ничего этого в действительности. Ничего нет. Нет девушки Светы, нет этой бутылки кубанского красного вина, нет этой коробки конфет. Даже и этого города - тоже нет. Нет этого подъезда. Этой двери. Этого звонка. Все это нереальные образы, игра воображения. Он лежит сейчас у себя дома, в своей торонтской квартире. Он лежит на диване, и ему снится сон, и все это только лишь элементы миража, различные детали, из которых сон состоит. Надо проснуться. Надо проснуться. Надо сбросить с себя это странное, это нелепое наваждение...
Вадим уже хотел дернуться, сильно покачать головой, но...
Зато какой чудесный сон! И до чего все реально! Этот, вот, каменный пол, старый, раздавленный кем-то окурок в углу, окно, не очень чистое, обитая кожей дверь... Невозможно было поверить, что все это не существует в реальной действительности. И потом. Где и когда еще он сможет побывать в своем прошлом? В том ярком, цветном мире, который существовал когда, но потом растворился, умер, послужив фундаментом для настоящего - такого серого и такого безрадостно скучного. Мира того нет больше, его нет нигде, он сохранился только в движущихся картинках воспоминаний...
Вадим надавил звонок.
