И тут до ушей доносится недовольное ворчание. Чейшек, опешив, замолкает и вскидывает взгляд.
С удивительным упорством здоровяк ворочается, а потом медленно садится. И осматривает лежащие на коленях ладони.
Открывает левую. А в ней в свете газовых ламп поблескивает болт. Болт из самострела Чейшека. Здоровяк просто выхватил его из воздуха, и тот не успел поразить цель.
Гигант смотрит на болт с веселым удивлением, как на причудливую детскую игрушку. А затем смотрит на Чейшека. И единственный его глаз исполнен холодного серо-зеленого спокойствия, подобного сердцу айсберга.
Чейшек пытается перезарядить самострел. Что-то мелькает совсем рядом. На горле его смыкаются пальцы, к глазам приливает кровь, пол исчезает из виду, и последним Чейшек видит летящее ему навстречу оконное стекло. Стекло разбивается вокруг него, и он падает в объятия холодной ночи. А следом – на холодную улицу внизу.
Когда двое врываются в комнату, Шара полностью готова: она сидит на кровати и не шевелится. С поднятыми вверх руками. А вот Воханнес совершенно не желает следовать ее советам: он вскакивает, выставляет перед собой на манер рапиры трость и сыпет проклятиями.
– Руки вверх! – орет один из налетчиков.
– Именно это я и сделала, – спокойно сообщает Шара.
– На пол! Лечь на пол! – ревет другой.
Все они одеты, отмечает она про себя, в одинаковые серые робы, перетянутые на локтях и коленях и вокруг шеи. Какие-то церемониальные одежды, не иначе. И на всех – странные плоские серые маски.
– Давайте все сядем и спокойно поговорим, – предлагает Шара.
Воханнес успокаиваться не желает и верещит:
– Да я в рот имел всех ваших сраных предков! Вандалы! Как смеете! Не желаю слушать, ни слова ни желаю слушать, твари поганые!
– Во, – предостерегающе выговаривает Шара.
– На пол, я сказал! – орет второй налетчик. – Немедленно, я сказал!
– Хватай его! – приказывает первый.
– Послушайте, – говорит Шара.
– Пошли в жопу! – орет Воханнес.
И с размаху тычет в налетчика тростью.
Тот взрыкивает от боли:
– А ну прекрати!
– Я сказал на пол, чтоб вас разразило! – орет другой налетчик.
Но Воханнес уже занес свою трость. Человек в маске хватает ее за кончик, они неуклюже тянут трость каждый в свою сторону, Воханнес отпускает рукоять, и оба падают на спину.
Цокает арбалет, Шара чуть сдвигается влево, и болт свистит над ухом, раздирая воздух там, где только что была ее шея. И бьет в деревянное изголовье кровати, уходя туда чуть ли не на половину.
Все трое мужчин изумленно таращатся на нее – и на еще дрожащий болт за ее спиной.
Шара осторожно откашливается:
– Послушайте, – говорит она налетчикам. – Послушайте меня очень внимательно. Вы совершили чудовищную ошибку.
– Заткнись! На пол легла! – гавкает один из них.
– Вы должны медленно и аккуратно положить на пол оружие, – мягким и журчащим, как свежее молоко, голосом произносит Шара, – и спокойно сдаться.
– Мерзкая шалотница, – рычит один из них. – Заткнись! И ляг на пол, тебе говорят!
– А чтоб тебе… – Воханнес тщетно пытается встать.
– Во, прекрати, – тихо говорит она.
– Почему, мать его за ногу?
– Потому что опасности нет.
– Заткнись, сука! – орет налетчик.
– Да они тебе чуть лицо не прострелили! – ужасается Воханнес.
– Согласна, некоторая опасность наличествует, – кивает она. – Но мы… просто мы должны подождать.
Двое налетчиков, как она замечает, заметно нервничают, так что, когда Воханнес задает свой вопрос, они едва заметно выдыхают с облегчением:
– Чего подождать?
– Сигруда.
– Что? Ты о чем?
– Нам просто нужно подождать, – говорит Шара. – Подождать, пока он не придет и не сделает то, что у него получается лучше всего.
Тут она обращается к налетчикам:
– Я помогу моему другу подняться. Я не вооружена. Пожалуйста, не стреляйте.
И она протягивает руку и помогает Воханнесу сесть на кровать.
– Кто такой… Сигруд? – спрашивает тот.
Неподалеку слышится дикий крик и звон разбиваемого стекла. Следом наступает тишина.
– Вот это – Сигруд, – поясняет Шара.
Налетчики переглядываются. Под масками не видно лиц, но чувствуется, что они насторожились.
– Вам нужно положить оружие на пол, – еще раз говорит Шара. – И подождать здесь вместе с нами. Если вы послушаетесь меня, возможно, останетесь живы. Будьте благоразумны, прошу.
Человек в маске – очевидно, предводитель – говорит:
– Она нам зубы заговаривает. Мерзкая шалотница просто дурит нам голову. Не слушайте ее. Это дворецкий что-то уронил. Иди проверь. Если кого увидишь – убей. Убей с чистой совестью.
Второй человек в маске, все еще не оправившись от шока, мелко кивает и направляется к двери. Тут предводитель хватает его за плечо и произносит:
– Она морочит нам голову. А нас ждет награда.
Похлопывает его по спине, и тот уходит.
– Ты только что отправил его на верную смерть, – говорит Шара.
– Заткнись! – гавкает предводитель.
Теперь видно, как тяжело он дышит.
– Остальные твои люди мертвы. Или умирают. Сдавайся.
– А вы только это и можете предложить, правда? Сдаться. Сдаться и отступить. Но хватит. Мы – больше – не отступим. Нам некуда больше отступать. Мы вам все уже сдали.
– Я у тебя ничего не прошу, – выговаривает Шара.
