Героев этих интервью объединяет то, что каждый из них стал в своём деле заметной величиной, а таким людям обычно есть что сказать. Ведь разговор по существу — это разговор о главном деле жизни, плоды которого небезразличны и нам, читателям. Тем более что настоящий мастер старается идти своим путём, а за свободомыслие часто приходится расплачиваться, встречая непонимание окружающих, а то и сопротивление. Таковы судьбы тех, кто не плывёт по течению, а имеет свои представления о должном.
© Евгений Крушельницкий, 2019
ISBN 978-5-4496-6965-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Говорят, газета живёт один день, особенно ежедневная. И это правда, с бумагой так чаще всего и случается. А вот судьба напечатанных материалов складывается по-разному. Некоторые, написанные ещё в докомпьютерные времена, потом вдруг обнаруживаются в интернете. Здесь собраны такие «долгожители», опубликованные в разные годы и в разных газетах и журналах.
Героев интервью объединяет то, что каждый из них стал в своём деле заметной величиной, а таким людям обычно есть что сказать. Ведь разговор по существу — это разговор о главном деле жизни, плоды которого небезразличны и нам, читателям. Тем более что настоящий мастер старается идти своим путём, а за свободомыслие часто приходится расплачиваться, встречая непонимание окружающих, а то и сопротивление. Таковы судьбы тех, кто не плывёт по течению, а имеет свои представления о должном.
Свои трудности есть у всех — и у тех, кто предлагает учить язык быстро и эффективно, и у тех, кто нашел способ создавать новую технику и при этом меньше ошибаться. Находятся враги у тех, кто предлагает воспитывать детей так, чтобы в армию приходили защитники, а не убийцы. И у тех, кто видит в наших домашних питомцах не живые вещи, а живые души, способные на такую любовь и преданность, что иным хозяевам не грех поучиться. Или человек предлагает нам полнее открыть свои удивительные возможности — но напрасно, многим вполне хватает того, что есть.
Почему так происходит? Бывает, что слово сказано задолго до того, как его готовы выслушать. Нечто подобное произошло с материалами о том, как мы называем своих детей, о наших родовых корнях. Написано это было еще в советские времена, когда интересы читателей были довольно далеки от таких материй, и редакторы ждали от журналистов совсем других произведений. Ничего, потом на эти темы наступила настоящая мода. Некоторым не пришло время и сейчас — о разуме животных, о живой земле. Зато к родному языку и к тому, как мы говорим, интерес постоянный.
Счастлив тот, кому удаётся не только сказать своё слово, но и быть услышанным. И чьи идеи начнут самостоятельную жизнь и найдут продолжателей. Случается и такое, потому что добрые дела и точные мысли, в отличие от газеты, не стареют. Но часто просто забываются, захлёстнутые потоком новой информации. Поэтому хочется хоть на время сохранить живые голоса мастеров.
Известно, с каким трудом новое пробивает дорогу. И вовсе не потому, что противников удаётся в чём-то переубедить. Ситуацию объяснил ещё Макс Планк: «Старые идеи уступают новым таким образом, что носители старого умирают, а новое поколение воспитывается в новых идеях, воспринимая их как нечто само собой разумеющееся». И тогда нам кажется, что недавних авторитетов поправляет сама жизнь, — как, например, незадачливых архитекторов, набивших руку на возведении унылых коробок. Мы уже видим, как на смену гигантским «человейникам» приходят коттеджи, приспособленные к человеку и его природе. Причём даже в крупных городах, только вот далеко к западу от Москвы. Но всё это — ценой упущенного времени и набитых шишек.
Нередко вспоминают пушкинские строки: «Наука сокращает нам опыты быстротекущей жизни…» К сожалению, обычно эти «опыты» получаем привычным способом, пробуя и ошибаясь. Ну, а старые газеты порой помогают появиться новым мыслям: ведь то, о чём говорилось в будущем времени, успело стать настоящим.
А насчёт мотыльковой газетной жизни точнее сказать так: газета живёт до тех пор, пока её читают.
