— Рафаэль, — тихо сказал он и, когда клинок вспыхнул, он опустил его на тяжелые цепи из адамаса, которые разрушились от нажатия клинка. Цепи спали и Алек, опуская клинок на пол, потянулся вперед, чтобы взять Магнуса за плечи и помочь ему встать.
Магнус потянулся с Алеком, но вместо того, чтобы подняться на ноги, он обратил Алек напротив себя и его рука скользнула по спине Алека, чтобы запутаться в его волосах.
Магнус потянул Алека вниз напротив себя и поцеловал его, крепко, неуверенно и неопределенно, Алек замер на мгновение, а затем отдался ему, чтобы целовать Магнуса — делать то, что он думал, больше никогда не сможет сделать.
Алек провел руками вверх по плечам Магнуса к бокам его шеи и сложил руки там, держал Магнуса на месте, пока тот целовал его тщательно дыша.
Наконец Магнус отступил; его глаза сияли. Он уронил голову на плечо Алека, крепко обвив его руками.
— Алек., - начал он мягко.
— Да? — произнес Алек, отчаянно желая знать, о чем Магнус хотел спросить его.
— За тобой гонятся?
— Я-яя, эээ, несколько Очерненных ищут нас, — ответил Алек осторожно.
— Жаль, — вздохнул Магнус, закрывая глаза. снова.
— Было бы замечательно, если бы ты мог просто лечь со мной здесь. Просто. на некоторое время.
— Ну, вы не можете, — вмешалась Изабель, беззлобно. — Мы должны выбраться отсюда. Очерненные будут здесь в любую секунду, и мы получили то, зачем пришли.
— Джослин, — Люк оттолкнулся от стены, выпрямившись. — Вы забываете о Джослин.
Изабель открыла рот, а потом захлопнула его снова. — Ты прав, — согласилась она. Ее рука потянулась к поясу с оружием, и она отстегнула меч; шагая по комнате, и протянула его Люку, потом наклонилась, чтобы поднять все еще горящий клинок серафима Алека.
Люк взял меч и держал ее с небрежной компетенцией того, кто обращался с лезвиями всю свою жизнь. Иногда Алеку было непросто держать в голове, что Люк раньше был Сумеречным охотником, но теперь он вспомнил.
— Ты можешь встать? — Алек мягко спросил Магнуса. Тот кивнул, и позволил Алеку поднять его на ноги.
Прошло почти десять секунд, прежде чем его колени подогнулись, и он рухнул вперед, кашляя.
— Магнус! — воскликнул Алек и бросился к колдуну, но Магнус отмахнулся и выпрямил колени.
— Вы должны идти без меня, — , выдавил он сиплым голосом. — Я буду задерживать вас.
— Я не понимаю, — Алек почувствовал, будто тиски сжали его сердце. — Что случилось? Что он сделал с тобой?
Магнус покачал головой. Вместо него ответил Люк: — Это измерение убивает Магнуса, — сказал он ровным голосом. — Там что-то связано с его отцом, — это смертоносно для него.
Алек посмотрел на Магнуса, но Магнус только снова покачал головой. Алек подавил иррациональный взрыв гнева — по-прежнему сдерживаясь, даже сейчас и сделал глубокий вдох.
— Вы идите искать Джослин, — отрезал он. — Я останусь с Магнусом. Мы будем следовать к центру крепости. Когда вы найдете ее, ищете нас там.
Изабель посмотрела несчастно.
— Алек…
— Пожалуйста, Иззи, — попросил Алек. Он увидел, как Саймон положил руку на спину Изабель, и что-то зашептал ей на ушко.
Она кивнула, наконец, и повернулась к двери; Люк и Саймон последовали за ней, задержавшись на миг, чтобы оглянуться на Алека прежде, чем двинутся., Но образ Иззи, несущей пылающий клинок серафима перед собой, как звезду, засел у него в голове.
— Сейчас, — сказал Алек Магнусу так мягко, как только мог, и наклонился, чтобы поднять его. Магнус встал на ноги, и Алек закинул одну из длинных рук колдуна к себе на плечо.
Магнус был тоньше, чем когда-либо, рубашка свисала на его ребрах, а щеки выглядели впалыми, но и с исхудавшими руками и ногами и длинным, костлявым позвоночником. он все еще был колдуном, готовым бороться.
— Держись за меня, — сказал Алек, и Магнус ответил ему неким подобием улыбки, которая заставила Алека почувствовать, что кто-то пробурил сердцевину его сердца, и пытался докопаться до центра.
— Я всегда держусь за тебя, Александр, — сказал он. — Всегда.
Малыш заснул прямо у Джулиана на коленях. Он держал Тавви крепко и аккуратно, темные круги залегли у него под глазами. Ливви и Тай ютились вместе по одну сторону от него, Дрю свернулась калачиком напротив него — по другую.
Эмма сидела позади него, к нему спиной, что позволяло ему не потерять равновесие под тяжестью малыша. Больше не было никакой свободной опоры, на которую можно было бы облокотиться, ни одного свободного места у стены, дюжины, сотни детей были пленниками зала.
Эмма откинула голову за спиной Джулса. От него пахло так же, как и всегда: мылом, потом и океаном, будто он нес его в своих жилах. Было комфортно и некомфортно от такой близости. — Я что-то слышу, — прошептала она. — А ты?
Глаза Джулиана сразу метнулись к братьям и сестрам. Ливви дремала, подперев рукой подбородок. Дрю осматривала комнату своими большими сине-зелеными глазами, Тай постукивал пальцем по мраморному полу, одержимо считая от одного до ста и обратной.
