Город Перестановок полностью

— Оно куда менее странное, чем очередная версия нашей вселенной, включающая очередную версию меня с очередным набором подходящих к случаю галлюцинаций.

— И сколько ваших клиентов поверили в это? Сколько считают, что смогут к вам присоединиться?

— Пятнадцать. И ещё шестнадцатый, как мне кажется, борется с искушением.

— И они платят?..

— Примерно по два миллиона каждый, — Дарэм фыркнул. — Довольно забавно, какое значение придаёт этому полиция. Несколько крупных денежных сумм перешли из рук в руки по причинам несколько более сложным, чем обычно, и они уже решили, будто я делаю что‑то незаконное. Миллиардеры, случалось, делали и более крупные пожертвования Церкви Бога Безразличного, — тут же он поспешно добавил: — Но ни один из моих миллиардеров.

Марии самой было непросто свыкнуться с подобным размахом.

— Вам удалось найти пятнадцать Копий, готовых расстаться с двумя миллионами долларов каждая, после того как они выслушали весь этот бред? Тот, кто настолько доверчив, заслуживает потери денег.

Дарэм не оскорбился.

— Будь вы Копией, вы тоже поверили бы в теорию пыли. Вы ощутили бы её истинность до мозга своих несуществующих костей. Некоторые участники провели такой же эксперимент, что и я, — попробовали вычислять себя случайно разбросанными фрагментами, — другим и это не понадобилось. Они и так знали, что могут рассеять себя в реальном времени и пространстве и всё равно сохранят собственную личность. Каждая Копия доказывает теорию пыли самой себе миллион раз на дню.

Марии вдруг пришло в голову, что Дарэм, возможно, выдумал всё это специально для неё, тогда как клиентам рассказывал то, что предположила Хэйден: какую-нибудь напрочь лишённую метафизики выдумку о тайном суперкомпьютере. Однако непонятно, чего он может добиться, запутывая её… К тому же слишком много деталей после его рассказа обрели смысл. Если его клиенты приняли это безумное визионерство, отпадает проблема, как заставить их поверить в несуществующий суперкомпьютер. По крайней мере из области предоставления доказательств она переходит в область веры. Она спросила:

— Так вы пообещали каждому из «ваших» миллиардеров поместить его моментальный снимок в конфигурацию «Эдемский сад» вместе с программами, которые должны запустить их в ТНЦ‑компьютере?

— Всё это, и даже больше! — горделиво подтвердил Дарэм. — Крупнейшие мировые библиотеки: не полные их фонды, но десятки миллионов файлов — текстовых, звуковых, визуальных, интерактивных — на любую тему, какую можно себе представить. Базы данных, которые не перечислишь, включая все генные карты. Программы: экспертные системы, добытчики знаний, метапрограммисты. Тысячи новеньких виртуальных сред: пустыни, джунгли, коралловые рифы, Луна и Марс. И я поручил не кому иному, как Малколму Картеру, создать большой город, который станет главным местом встреч, — Город Перестановок, столицу вселенной ТНЦ.

И конечно, там будет ваш вклад: зародыш иного мира. Человечеству этой вселенной рано или поздно предстоит найти иную жизнь. Как мы можем отбросить надежду на то же самое? Конечно, у нас будут собственные цифровые потомки и воспроизведённые животные Земли, равно как, без сомнения, и новые, целиком искусственные, создания. Мы будем не одиноки. И всё же необходим шанс столкнуться с Иными. Нам не придётся расставаться с этой возможностью. А что может быть более чуждым, чем жизнь из «Автоверсума»?

По коже Марии поползли мурашки. Логика Дарэма была безупречна: бесконечно расширяющаяся ТНЦ‑вселенная, создающая во всех направлениях новые вычислительные мощности из ничего, в конце концов станет достаточно большой, чтобы запустить планету в «Автоверсуме», а то и целую планетную систему. Упакованная версия планеты Ламберт — сжатое описание с топографическими характеристиками вместо полноценных рек или гор — легко поместится в память компьютера из реального мира. А потом Копия Дарэма дождётся, когда ТНЦ‑решётка достаточно разрастётся (а то и просто приостановит сама себя, чтобы избежать ожидания) и даст развернуться целому.

Дарэм сказал:

— Я работаю над программой, которая запустит первые мгновения вселенной ТНЦ в компьютере реального мира. Вероятно, смогу закончить её самостоятельно. Но работу с «Автоверсумом» без вас, Мария, мне не осилить.

Та резко рассмеялась.

— Вы хотите, чтобы я продолжала на вас работать? Вы мне лгали. Из‑за вас ко мне заявилась компьютерная полиция. Вы сознались, что страдали психическим заболеванием. Заявили, будто вы — двадцать третье воплощение миллионера из параллельного мира…

— Что бы вы ни думали о теории пыли и о моём психическом здоровье, то, что я не преступник, могу доказать. Мои партнёры это подтвердят, ведь они точно знают, на что уходят их деньги. Никто из них не пострадал от обмана.

— Принимаю это утверждение. Но я…

— Так примите и деньги. Заканчивайте работу. Что бы ни говорила вам полиция, у вас на эти деньги полное право, а у меня есть полное право вам эти деньги заплатить. Никто не потянет вас в суд и не бросит в тюрьму.