Сначала я ничего не увидела. Но потом, всмотревшись в голубую пелену, открыла рот от удивления…
Там, в сотне футов от нас, стояли полупрозрачные… люди. Они было полностью голубые: их одежда была голубой, волосы были голубыми, даже зрачки и радужка глаз были голубыми. Было ощущение, что художник, сотворивший их, работал только в стиле гризайль, как будто это способствовало его настроению.
Размытые очертания придавали призракам еще более загадочный вид. Они словно парили в воздухе, не касаясь ногами вязкой грязи. Дождь пролетал сквозь них. Их лица не выражали ни единой эмоции, как будто все их мышцы были пластифицированы.
– Не могу поверить, что они подошли к нам так близко! – Дэвид охнул. – Что они здесь забыли?!
Между тем неупокоенные стали медленно уходить в туман, как будто их и не было.
– Стой, у меня есть еще один план, – пробормотала я.
– Говори.
– Зови Эмили.
–
Он отпрянул от меня.
– Аза, ты в своем уме?!
– Это наш единственный шанс найти Кира и Гарсию! Что, если она согласится показать нам путь?!
– Что, если она
– Но это же наш единственный….
– Слушать не желаю!
– Знаешь, что? – я забежала назад и вытащила фотографию из его рюкзака, – ты ведешь себя как Кир, такой же пессимистичный и грубый. Я сама сделаю все.
Но прежде чем он успел отнять у меня фотографию, обрамленную в золотую рамку, я уже успела крикнуть «
Мы замерли и превратились в сплошной слух. Голубоватый туман окружал нас повсюду, скрыв из виду все, что находилось дальше пары ярдов. Неупокоенных видно не было.
– Если она захочет убить нас, знай, что виновата в этом будешь ты, – отрезал Дэвид.
– Хорошо, если она убьет нас, виновата в этом буду я, Второй-Кир-Браун, – подытожила я.
–Пойми, это же опасно, опаснее, чем стоять посередине поля и размахивать руками, громко вереща, и ждать, пока в твой затылок треснет гроза!
Я хотела сказать что-то еще.
Но вдалеке показалась фигура.
Девушка в голубом платьице по колени, с короткими голубоватыми волосами и большими глазами-топазами смотрела на нас и улыбалась.
– Эмили… – прошептал Дэвид.
А в следующую секунду произошло нечто необычное.
Юноша сорвался с места и побежал навстречу девушке. Несмотря на то, что она была призраком, Дэвид как-то ухитрился подхватить ее на руки и закружить, повторяя одну-единственную фразу.
Спустя пару минут он опустил ее на землю и обнял, уткнувшись в ее полупрозрачную шею.
– Аза, она почти как живая, – он крепко зажмурил глаза. – О боже, Аза, моя Эмили, она здесь, здесь, здесь. Она здесь, о боже, Аза, я не могу поверить.
Полупрозрачная голубая девушка обернулась ко мне и помахала рукой, задорно улыбаясь.
– Мне так не хочется отпускать тебя, – он еще раз крепко зажмурился. – Прости, что не смог спасти тебя.
Она махнула рукой в мою сторону с видимым вопросом.
– Это Аза Джонсон, она моя… Гм, спутница, которая тоже попала сюда рейсом восемьсот восемьдесят восемь. – Дэвид смущенно улыбнулся. Эмили изогнула левую бровь и покачала головой, давая этим понять, что, в общем-то, она знает, что мы уже всеми фибрами души прикипели друг к другу, а не просто какие-то знакомые.
– Эмили, – я осмелилась подойти к ней. Взгляд девушки сразу же упал на фотографию, какую я держала в руках. – Прости, что потревожили тебя. Нам нужна помощь. Если ты хочешь, чтобы твой брат покинул эту чертову обитель, помоги нам. О’кей? Я очень прошу тебя.
Эмили приподняла голову. Закрыла глаза. Напряглась и нахмурилась. Казалось, что она готовится закричать. Но вдруг ее рот слегка приоткрылся, и мы услышали тихое:
– Так ты еще и разговариваешь, – удивился Дэвид.
Ответом на его слова стал хмурый укоряющий взгляд.
– Прости-прости! Так ты поможешь нам?
Эмили стала беспокойно оглядываться по сторонам.
– Если tuno увидит нас, – она говорила с видимым усилием, вытягивая английские слова вперемешку со слипстоунскими. – То eka ty, я никогда не смогу быть senno. Tuno беспощаден.
– Что она говорит? – я потрясла Дэвида за плечо.
– Если она отделится от этой «основной» голубой массы и попадется туману, то она станет частицей тумана, – быстро проговорил Дэвид. – То есть, она станет никем, ее просто не будет существовать. Те души, которые умирают, неважно как – после продолжительной борьбы с раком или в неизвестном городе, которых поглотил туман, больше не существуют
Эмили сделала странный жест рукой и тихо продолжала:
– Я больше не увижу Дэвида. Это yritapu siro ka. Девушка, я nattsh.
– Она боится, что больше не увидит меня, если это произойдет, – пояснил юноша и обратился к призраку: – Но это лучше, чем наблюдать, как в вашу стаю присоединяются еще четыре неупокоенных! Эмили… Прошу тебя.
