Мы с Киром улеглись на сыроватую выгоревшую землю, пододвинувшись к костру и смотря на его взвивающиеся ввысь языки пламени. На нас плавно опускались заморозки.
***
Надо мной возвышались белесые звезды, сильно контрастирующие с темной, почти черной, выжженной травой и потухшим костром. Дэвид спал рядом, обняв меня и положив свою голову мне на грудь. А мне не спалось.
Опасность.
Омут чудовищ. Возможно, это не придумки? Неужели там правда водятся чудовища? Я приподнялась с земли, ощущая, как все мое тело покрывается крупными мурашками и, перекладывая голову Дэвида на одеяло, зашагала по земле.
Куда? Куда-то.
Я шла вперед, до того момента, пока не остановилась у крутого спуска вниз. Вдалеке тянулась какая-то блестящая полоска…
Море.
Мы пришли.
– Шарлотт, жди нас! – с самодовольной ухмылкой изрек Кир.
Мы стояли у искрящегося тысячей лучей моря, смотря, как одинокая шлюпка с парусом, привязанная к какому-то стволу, покачивается от ветра на волнах. Каждый из нас предчувствовал, кажется, еще более долгое путешествие, нежели чем из города сюда. Но это того стоило.
Мы стали перегружать вещи в шлюпку, одновременно всматриваясь в чистый зеркальный горизонт. Он уходил далеко за наше поле зрения, распадаясь там на тысячу частиц и пропадая в бескрайних облаках.
Под нашими ногами шуршал серо-золотой песок, волны то и дело прибивали небольшие ракушки и раковины. Мы стали бродить вдоль океана, не произнося ни слова.
– Я боюсь, – Дэвид сжал мою руку. Я подняла на него непонимающий взгляд (и, несомненно, удивилась. Еще никогда мне не приходилось слышать дрожь в его голосе):
– В каком плане?
Он пожал плечами:
– Боюсь двадцать первого века. Что я скажу, когда прибуду на Большую землю? Что я выживший после авиакатастрофы, которая случилась восемь лет назад? Меня же запихнут в психушку! А мои родители? Возможно, они давно умерли. Мало того, я даже не имею паспорта, не то что дома!
– Теперь мы все не имеем паспорта, – пожаловался Кир, который взошел на пригорок и теперь глядел туда, откуда мы пришли. – Если мы туда доберемся – это станет нашей общей головной болью, Дэвид.
– Если… – задумчиво повторила я. – Мы можем приютить тебя.
– Как щенка? – тот обиженно передернул плечами.
– Как человека.
– Человека-щенка, выжившего после авиакатастрофы.
– Разве человеки-щенки выживают?
– Ага.
Я расхохоталась:
– Дэвид!
– Что? – он наигранно развел руками. – Я же беспокоюсь за свое будущее! И, кстати… Я тут так подумал… Нужно разыскать Уну. Это будет единственным шансом снять рейс номер восемьсот восемьдесят восемь.
– Главное сейчас – добраться, – кивнула я. – Остальное – неважно.
Мы хотели было продолжить свое движение по направлению к бухте, как вдруг увидели бешено несущегося на нас Кира. Он бежал к нам и спотыкался, падал и вставал снова, поднимая столбы песка и пыли за собой. Сам он сжался, а в его глазах плясал испуг.
– АЗА! ДЭВИД!!! – он почти что упал перед нами, выплевывая песок.
Дэвид поднял его и легонько побил по щекам.
Вблизи Кир выглядел еще жалостливее и испуганнее, чем тогда, когда он бежал к нам с расстояния пяти ярдов. Похоже, стряслось что-то поистине страшное.
– Аза… ДЭВИД! Там… Там! Аза… О господи! Там… Оно!!! АЗА!!! – бормотал он.
– Успокойся! – Дэвид снова потряс его за плечи и побил по щекам. – Что случилось?!
–
Мы оставили его на песке, а сами припустили к пригорку. Пока мы забирались на него, ощущая, как наши ноги поднимают пятифутовые столбы пыли, я успела прокрутить всевозможные варианты.
Дикари.
Стадо хищников.
Смерч.
Цунами.
Бешено несущийся табун лошадей.
Я не выдержала и впечаталась лицом в песок, теряя равновесие. Дэвид карабкался дальше. Я решила, что лучше подождать его здесь и, приготовившись удирать на случай, стала внимательно следить за ним.
Вот он вскарабкался на пригорок, вот пригнулся, как снайпер… Его лицо исказилось в гримасе ужаса…
– В ШЛЮПКУ!!! – закричал он. Я сорвалась с места, загребая под себя песок.
О нет.
Мозг стал со всей скоростью своего предела генерировать самые сумасшедшие сценарии развития. Я бежала, и ноги мои подкашивались при одной только мысли, что нас настигнут дикари. А если они умеют плавать? То тогда нам точно не остаться в живых, по крайней мере, в последующие десять часов.
Мы с Киром наперегонки запрыгнули в парусную шлюпку и отвязали трос, до крови царапая руки. Следом примчался Дэвид.
– Что там? – я прищурилась.
– То, что оказалось бы самым худшим и изменило наш план до неузнаваемости за каких-то пару миллисекунд. – Он вздохнул. –
– ЧТО?! – взвыли мы в один голос. Кир высунулся из-за края борта:
– Но как он добрался досюда?!
