– Я молю Тебя этой невыразимой болью и тяжким бременем тяжелого Креста Твоего быть милостивым ко мне, и простить мне все мои грехи – смертные и несмертные – и указать мне путь в Царствие Небесное своим Крестным Путем. – Как там дальше, он забыл.
Ригги встал и почувствовал жжение в коленях от притока крови. Он с трудом концентрировал свое внимание на том, что делал, а это было уже плохим признаком. Тэд Форд мертв. Его «правая рука», Задира, недосягаем. Его бизнес пошатнулся. Механизм, который он с таким трудом налаживал, дал сбой. Когда несколько месяцев назад Тэд решил выйти из игры, это показалось мелочью. Парень был просто тупым исполнителем, да еще и слюнтяем, но заменить его оказалось очень непросто. Ну а потом он стал представлять серьезную угрозу и его пришлось убрать. Это было первое убийство по приказу Ригги. А десять лет назад его подручные случайно забили человека до смерти. После неприятностей с Фордом он закрыл офис и отпустил своих людей в двухнедельный оплачиваемый отпуск, чтобы сделать небольшую паузу. А что касается набора нового персонала, то Ригги знал немало молодых людей, готовых на что угодно за пачку банкнот. Некоторые из них, а особенно Венк и Гилли, которые работали вместе, отличились при угонах машин и их «сбросе», однако Ригги не торопился поручать им настоящее дело – похищение. Наверное, стареет – становится слишком осторожным. Он всегда прислушивался к своему внутреннему голосу, а в последнее время тот нашептывал ему: «Подожди!» Шаги Ригги по каменному полу гулким эхом разносились по церкви. По пути к выходу он остановился у чаши со святой водой, поклонился и осенил себя крестом.
Снаружи было очень холодно. Ригги застегнул кашемировое пальто и обмотался дорогим шарфом из шелка и кашемира. Ему очень захотелось на Багамы, на Парадиз-Айленд. Его суставы жаждали теплого и влажного воздуха. Ригги представил себе массаж на берегу, затем тропические напитки и казино вечером, запах гаванских сигар, которые продаются там на каждом шагу. Он может позвонить турагенту, и тот организует отдых на два-три дня. Остается только взять с собой какую-нибудь юную леди. Ригги может себе это позволить. У него довольно приличный доход от сдачи недвижимости внаем, но все-таки он считал, что сейчас уезжать не время. Он привык, когда что-то не получалось, лично засучивать рукава и пахать до тех пор, пока все не станет на свои места. Конечно, пока все шло как по маслу, ни о каком отдыхе не могло быть и речи. А в результате накопилась усталость, которая сейчас давала о себе знать. Ригги был трудоголиком и знал об этом. Он сел в машину, кожаные сиденья которой были холодные, как мраморные плиты, и включил зажигание. Вырулив со стоянки, он на автопилоте поехал в офис.
– У меня два его адреса – офиса и домашний, – сказал Бер Полу, когда тот сел в машину. Сыщик круто развернулся и взял курс на центр города. – Этот тип, Ригги, – брокер по недвижимости. Живет на Хитерстон в Кармеле.
– Похоже, дела у него идут неплохо, – заметил Пол, протягивая Беру бутерброд.
– Да. Я думаю начать с офиса.
По дороге к маленькому отдельно стоящему зданию в псевдотюдоровском стиле, в котором располагалась компания «Хемлок-Пойнт риэлти», они съели по бутерброду – индейка и мюнстерский сыр на хлебе из семи злаков. Мощная коричневая деревянная дверь офиса оказалась запертой. Через маленькое стеклянное окошечко в ней они заглянули внутрь. В большой комнате стояли три стола с компьютерами и справочниками, но за ними никто не сидел. Помещение фирмы, включая приемную и бухгалтерию, было пустынно.
– Сейчас середина дня. Наверное, обедают.
– А может, они вообще сегодня не работают? Да и не только сегодня…
– Вполне вероятно. – Однако никакого объявления на этот счет нигде видно не было.
Мужчины вернулись в машину. Бер, как его когда-то учили, зажигание не включал, и пар от их дыхания был хорошо виден в холодном воздухе.
– Мы, конечно, можем сейчас поехать по домашнему адресу, но боюсь, разминемся с ним. Думаю, стоит немного подождать его здесь.
Пол кивнул в знак согласия.
Минут пятнадцать они сидели молча, потому что обоим не хотелось обсуждать утренние события. И лишь то, как Пол методично сгибал и разгибал пальцы и растирал костяшки, напоминало о произошедшем в тюрьме. Бер первым нарушил молчание:
– Я вначале не собирался брать тебя с собой в тюрьму. Многие в такой ситуации просто сдрейфили бы. – Бер провел ребром ладони по горлу. – А ты держался неплохо.
– Почему же ты рискнул взять меня с собой?
– Да потому что ты не такой, как многие.
Пол кивнул в знак благодарности:
– Да и ты не такой, Фрэнк.
Они замолчали. День постепенно переходил во вторую половину. Вскоре дыхание Пола стало ровным и глубоким, глаза закрылись, и он уснул.
