Макс-дед шагнул вперед и выстрелил в нациста. Молодая женщина кричала, слыша, как истязают ее друга. Скелет вышел из угла и принялся исполнять непристойный танец, потряхивая костями в гротескной имитации стриптиза. Он подергивался и раскачивался, выкрикивая в сторону Сары:
– Ausfall!
– Moi strakhovy polis!
– Потаскушка!
Щербатский принялся бормотать что-то по-русски, завопил, рухнул на пол, и его тело превратилось в груду переломанных костей и электрических проводов. Из его живота вырвалась стая крыс, их челюсти блестели от крови, с зубов свисали клочья внутренностей.
Макс развернул Элизу и пристроился к ней сзади – вместо пениса у него была голова дракона. Дракон поглядел на Сару, мигнул и зашипел.
Сара зажмурилась, зажала уши ладонями и попыталась сосредоточиться. Плащ! Материя была пропитан снадобьем! Она стащила его с себя и отшвырнула в сторону.
Это было похоже на то, как если бы выключили кинопроектор. Тишина и спокойствие… Сара с жадностью втянула в легкие воздух. Она снова очутилась в библиотеке одна. Вокруг нее сгустилась темнота.
Несколько мгновений она лежала не двигаясь, пытаясь осмыслить видения. Они возвращались к ней короткими, быстрыми проблесками: стук упавшего тела… обрывок мелодии… драконоголовый пенис… Ausfall… Что было реальностью, настоящим прошлым, а что – лишь демонами, таящимися в закоулках ее подсознания?
Ее эмоции казались вполне настоящими. Она испытывала такую же ярость, унижение, отвращение, как если бы все происходило наяву. Может, она и впрямь неудачница… Может, ей не следует доверять Максу. То, как он смеялся над ней… Но нет. Надо взять себя в руки. Видения нереальны. Они казались подлинными, поскольку были основаны на ее – чудовищно преувеличенных – страхах, самых глубинных кошмарах. Однако она до сих пор жива и должна поскорее их забыть.
Дрожа с ног до головы, Сара заставила себя встать и чиркнула спичкой о коробок. Отыскала канделябр среди груды битого стекла, зажгла свечи, вернулась к письменному столу. Ничего не изменилось и не пропало: газета, книги в кожаных переплетах, бетховенские послания… Взяв письма, Сара засунула их в карман джинсов. Черт с ней, с неприкосновенностью архива. Что бы с ней ни приключилось, уникальная находка останется при ней.
Но как же ей выбраться?
Шаркающие звуки, раздавшиеся совсем близко, вызвали новый всплеск адреналина. Что это? Остаточное действие снадобья?
Нет. Кто-то звал ее по имени! Повинуясь первобытному инстинкту маскировки, она задула свечи, схватила футболку и натянула на себя.
– Сара?
Дверца люка приподнялась.
Это происходило здесь и сейчас.
– Сара, – позвал в темноте знакомый голос. – Ты здесь? Сара? Я – Бернард!
– Бернард! Ты правда Бернард?
– Ты в порядке? Я пошел стирать белье и увидел, что ты вошла в котельную и не вышла наружу, и тогда я забеспокоился и отправился за тобой.
Он вскарабкался в комнату, и Сара крепко-крепко его обняла. Настоящий, из плоти и крови! От него пахло плесневелой бумагой и духами «Шанель». И еще… страхом.
– Ого! Где мы? – спросил он, обводя лучом фонарика комнату.
– Можно сказать, в кладовой, – ответила Сара. – Надо сообщить Майлзу. Слава богу, что ты появился! За мной захлопнулась дверь, и я решила, что навсегда тут застряла.
Сара двинулась к отверстию люка, чтобы спуститься. Бернард грубо схватил ее за руку.
– Эй! Мне больно!
– Мне очень жаль, Сара, – произнес он. – Я не могу позволить тебе уйти.
Теперь Сара чувствовала запах страха уже по-настоящему – он сочился у Бернарда из всех пор.
– Что? О чем ты…
И, наконец, она увидела. Бернард держал в руке маленький пистолет. Он сделал шаг назад и направил на нее дуло.
– Бернард! Что ты затеял?
– Я… я не могу об этом говорить. Но тебе нельзя уходить.
Пальца Бернарда тряслись. Сара вспомнила: она где-то читала, что нервные преступники – самые опасные в мире типы.
Но ведь это Бернард! Эксперт по рококо. Жизнерадостный парень со странностями, далекий от человекоубийства. Он так горевал, когда умерла Элеонора… Он шил им всем костюмы к маскараду!
– Ты не хочешь рассказать мне, что происходит? – мягко предложила Сара. Его следовало успокоить.
– Нет! – взвизгнул Бернард.
Он поднял пистолет повыше.
– Ты не убийца, – продолжала Сара. – Я тебя знаю…
– Не знаешь! – выкрикнул Бернард, пытаясь придержать прыгающий пистолет второй рукой. – Я влип! Она меня подставила!.. Но я никого не убивал! А они хотят повесить все на меня!
– Бернард, поделись со мной проблемой, и мы найдем способ, как ее решить.
– Нет, мы ничего не сможем! – проговорил Бернард и всхлипнул. – Я запер тебя здесь. Позвонил ей и сказал, что ты находишься внизу… Но она хочет, чтобы я тебя убил! Иначе она натравит на меня полицию за…
Он не смог заставить себя договорить. Сара краем глаза обшаривала комнату.
– Ничего, мы можем найти выход, – произнесла она, стараясь говорить непринужденно. – Я знакома с очень хорошими адвокатами.
– Нет! Я должен тебя убить! – пискнул Бернард.
– Если ты так сделаешь, ты только ухудшишь твое положение, Бернард. Поверь мне.
