В этот момент Сара ощутила притяжение портала. Его сила притягивала ее. Время словно замедлило свой ход, а потом и вовсе остановилось. Перед Сарой развернулась картина мироздания: она узрела – в один миг – тысячи галактик и вселенных, заключенных в необъятном космосе. Вокруг раздавались голоса, музыка перемежалась самыми разнообразными звуками, и Сара как будто видела все пространство, всю историю и жизнь множества эпох сквозь узкий дверной проем. Ее переполняла энергия мощностью в десятки оргазмов.
Все сразу, подумала Сара.
А затем – шмяк! – она приземлилась на каменный пол и поспешила забраться в укрытие, еще слыша отзвук рикошета. Твердый и клацающий предмет катился к Саре: это ее собственный снаряд возвращался к ней, отскочив от чего-то… Сара надеялась, что от лица. Колено горело мучительной болью.
Она потянулась и зашарила по каменному полу. Пальцы нащупали рукоять револьвера.
В крипте воцарилась тишина. Затем послышались шаги и тихий смешок.
– Умно придумано, – произнес женский голос.
Сара посмотрела на оружие, зажатое между колен. Кажется, надо что-то взвести? Он вообще заряжен?… Она потянула за какой-то рычажок, и в пистолете тихо щелкнуло.
Шаги приблизились. Опять смешок.
– Вот что ты в меня бросила! Золотое яблоко – ТО САМОЕ… Ты, конечно, не знаешь, но я всегда хотела, чтобы оно принадлежало мне.
Сара выглянула поверх саркофага, ловя женщину в прицел крохотного антикварного револьвера. В разливавшемся от портала сиянии она, наконец, разглядела ее. На ней было длинное пальто, надетое поверх форменного платья горничной. Однако даже если бы Сара не узнала ее по голосу, это лицо было ни с чем не спутать.
В крипте находилась сенатор Шарлотта Йейтс.
Шарлотта замерла в нескольких шагах от портала.
– Огненная печь, – проговорила она. – Какой удобный способ избавиться от трупов! Замечательная идея: крипта со встроенным крематорием.
Яблоко задержалось возле края портала, медленно вращаясь вокруг своей оси.
Сара выровняла дыхание. Она сообразила, что стрелять надо в промежутке между двумя ударами сердца. В такие мгновения рука тверже всего.
С блестящими глазами Шарлотта наклонилась и подняла золотое яблоко.
– Великолепная вещица, – произнесла она, держа его перед собой и восхищенно разглядывая. На ее щеке, подобно рубину, блестела капелька крови.
А Сара поняла – для того, чтобы выстрелить, ей нужно будет выйти из-за саркофага. У нее будет только один шанс. Сияние портала, отражаясь от драгоценных камней, окрашивало Шарлотту в изумрудные и сапфировые тона.
Сара подождала промежутка между двумя ударами сердца, встала, шагнула вбок и нажала на курок.
Пш-ш-ш-ш-ш…
Звук был в точности такой, как в ее детстве, когда она с отцом гуляла по пляжу, запуская фейерверки, – некоторые из них всегда оказывались пустышками.
Саре досталась пустышка.
Шарлотта расхохоталась. Сара оцепенела, осознавая, что все кончено. Зажав яблоко в кулаке, Шарлотта свободной рукой подняла пистолет и навела дуло на Сару.
Сара застыла. Сейчас она умрет.
В ее голове раздался голосок Полс: «Младенец обязательно поможет тебе. Но только, Сара, ни о чем не проси до тех пор, пока не сможешь сделать это от всего сердца».
Сара зажмурилась. Помоги мне, взмолилась она.
Ш-шу-у-у-ух!..
Сара услышала топот бегущих ног, вскрик, словно кого-то толкнули, и душераздирающий вопль. Она открыла глаза и увидела летящее в воздухе золотое яблоко.
И Шарлотту Йейтс, опрокидывающуюся в адский портал.
А потом раздался взрыв, и массивная мраморная крышка портала со стуком обрушилась на место.
Обернувшись, Сара посмотрела туда, где секунду назад стояла Шарлотта. На женщине, занявшей место сенатора, тоже была одежда горничной. Она слегка покачнулась.
– Стефания? – вымолвила Сара.
– Пусть меня посадят в тюрьму, плевать, – изрекла Стефания, распрямляясь с величавым достоинством, напоминавшим о ее балетном прошлом. – Она взяла у меня жизнь. А я взяла у нее.
Повернувшись, Сара увидела, что Максу удалось встать, ухватившись здоровой рукой за верх гробницы. Она попыталась броситься к нему, но у нее подогнулось колено.
– Сара! – крикнул Макс. – Сара, ты в порядке?
– Он теряет кровь, – проговорила Стефания. – И вы тоже.
Сара взглянула вниз, на свои босые ноги, одна из которых действительно оказалась залита кровью.
– Мы обязаны вам жизнью, – сказал Стефании Макс. – Пожалуйста, поднимитесь наверх и позвоните Николасу Пертузато. Вот… – И князь метнул по полу свой мобильник.
– Да… тот маленький человек, – кивнула Стефания. – Хорошо. Я сделаю это… князь Лобковиц.
И бывшая балерина сделала медленный глубокий реверанс.
– Вообще-то я просто Макс Андерсон, – произнес Макс.
Как ни досадно было Секретной службе признавать, что они упустили сенатора, однако, когда в пять утра агенты явились будить Шарлотту, гостиничный номер оказался пуст.
– И куда она подевалась? – потребовал от них отчета глава ЦРУ, поднятый с постели у себя в Вирджинии звонком по горячей линии.
– Мы думаем, что она самостоятельно выбралась из отеля, – отвечал перепуганный командир ее охраны. – Следует ли нам известить президента об отлучке сенатора?
