– На то он и сизый туман! Говорил я тебе – сиди дома! Ты так же подвергся нападению! Молодец, что сообразил, что нужно делать. Наша теория подтвердилась!
– Какая теория?
– Что они нападают на автобус, брат! – воскликнул Крох, – мои люди уже начали свое путешествие, только пока в такую передрягу попал всего один. Он успел заесть золотой папоротник, но ничего записать не успел, потому что его отрубили дубинкой по голове.
– Не повезло, – сказал Макс.
– Мда, так что пока свидетелей нет. Хотя нет, не так – их полным-полно! Но ни один ничего не помнит и дать показания не может! А тем временем творится черти что! Народ начинает паниковать! Недоверять патрульным и Храму!
– Думаю, я знаю причину. Вот тут статья, – Максим тыкнул пальцем в статейку неизвестного автора. Эмиль даже не глянул на нее, а запихнул газетенку в пакетик с застежкой и убрал в ящик, – Пригодиться твоя рукопись. А статейку я уже видел. В принципе все, что там написано, чистейшая правда. Только дурак не догадается, что все это дело рук Мрачного и Ко – так мы в насмешку называем их бандитскую группировку. Правда и про заговор. Только вот освещать его в газете для поднятия рейтинга очень неуместно! Нужно успокаивать, а не нагонять панику.
– В работу журналистов не входят такие меры. – Хмыкнул Макс.
– К сожалению, в мои обязанности это входит. Так же в мои обязанности входит раскрытия преступлений, которых сейчас хоть отбавляй! И какая-то крыса, что сидит в Храме сливает информацию, поэтому эти гады в курсе всех планов патруля! И вот еще вопрос -потеря памяти. Про сизый туман все ясно. Но как же похищенные! Они ведь не помнят совсем ничего после того, как уснули, а ведь многие из них пропадают даже на двое суток, тогда как «Сизый туман» действует лишь на последние десять минут памяти после его применения!
– Значит, у шайки Мрачного есть что-то посильней, – сказал Максим. Эмиль кивнул.
– Я даю тебе задание, Макс. Как самому настоящему патрульному. – Серьезно сказал он. Максим внимательно слушал. – Каждый раз вози с собой свежую прессу и ручку. Мне необходимо описание каждого преступника. Самые отличительные детали, не надо описывать за раз сразу всех! Просто и четко! И к прилагательным побольше уточнительных. Те каракули, что ты написал ничего не значат – точных описаний здесь нет, значит и улик нет.
Максим кивнул. Он был рад, что у него появилось какое-то задание и что ему не придется вечно ходить за патрульными и клянчить у отца разрешения, чтобы посодействовать в деле. То, что предложил ему Эмиль, конечно, было неофициально, но столь же важно. И наш герой был очень этому рад. Правда, он еще не знал, чем все это обернется.
3 глава
Максим сидел за учительским столом и заполнял журнал. Напротив него за другим столом сидела Наденька и стреляла глазками. Он старался не обращать на нее никакого внимания, делая вид, что очень занят. В учительской сидел еще один учитель – учитель химии, который как раз и мешал Наде заговорить с Максимом, за что физрук был премного ему благодарен. Но тут химик захлопнул журнал и со счастливым видом стал собирать свой портфель. Через несколько минут его уже и след простыл. Максим не поднимая глаз, что-то усердно писал. Наденька наблюдала за ним, она просидела в молчании ровно минуту.
– Много бумажной работы накопилось, Максим Саныч? – пропела она. Максим кивнул. – Я могу вам помочь, только попросите!
– Нет, спасибо, – буркнул он и стал складывать бумажки в стопку.
– Может, сходим сегодня куда-нибудь? В кафе, например…– начала она.
– Как видите, дел очень много, Надежда Валерьевна, так что…-Максим встал со стула со всей той стопкой, что насобирал на столе.
– Так я могу помочь! – Наденька подскочила к физруку так резко, что он шарахнулся от неожиданности и, споткнувшись невесть обо что, уронил все бумажки на пол. Они вдвоем принялись собирать макулатуру с пола. Наденькины руки так и наровили поймать руки Максима. И это все-таки случилось. – Не стоит бегать от меня, – тихо сказала она, когда их глаза встретились. Максим выдернул свою руку.
– Я не бегаю. – Начиная раздражаться, сказал Макс.
– Наверно ты просто пока не готов завязывать более серьезные отношения, – начала Надя. «Ну, все, понеслось!..» – подумал наш герой. Тем временем Надя продолжала говорить, – я понимаю, что после смерти отца ты стал более замкнутым…
– При чем здесь это? – Резко спросил он и, забрав у нее из рук все свои бумажки, сложил в стопку и пошел к выходу. Он был зол. Очень зол. Особенно зол на свою мать, которая рассказывала Наде все подробности его жизни.
– Максим! – крикнула она ему вслед, но дверь уже закрылась, и Максим не услышал, как Надя плачет в учительской.
