— Он здесь, — еле слышно прошептал незнакомец, поворачивая и наклоняя голову, словно слепой, прислушивающийся к звукам окружающего мира. — Я чувствую его.
Элемрос похолодел от страха, продолжая заставлять себя смотреть не на взъерошенного ткота, а только лишь на незнакомца.
…Он сильнее физически и выше ростом, все преимущества на его стороне…
— Видите ли, господин Стефано, — продолжал тот тем временем, медленно поднимаясь со стула, — рукоятка моей трости, представляет собой аккумулятор магической энергии. Как вы знаете, в мире этом магии нет, поэтому, как и туда, где нет электричества нужно брать с собой батарейку. И хоть моя батарейка почти полностью разряжена, ее заряда хватит на то, чтобы запустить нечто вроде термоядерной реакции.
— Чушь собачья, — едва слышно пробормотал Элемрос, пересохшими губами.
“Атаковать первым, пока он болтает — единственный шанс”.
Незнакомец растянул губы в улыбке.
— Мне стоит встать рядом с этими замечательными зеркалами, — сказал он, — и как только я разобью рукоятку об одно из них, оставшаяся энергия высвободится, отразится от зеркала в другое зеркало, снова отразится и так далее до бесконечности. И с каждым циклом отражения энергия будет усиливаться в геометрической прогрессии. И в конце концов, секунд через 30–40, в зависимости от того, сколько заряда осталось в моем аккумуляторе…
Незнакомец соединил пальцы рук и затем резко раскинул их в стороны.
— Бум! — сказал он.
— Уходи отсюда, — умоляюще прошептал ткот, становясь прямо перед Элемросом. — Нам нет нужды умирать обоим.
“Его трость может парировать удары, но долго ей защищаться он не сможет…”
— Уходите отсюда, господин Стефано, — сказал незнакомец. — Вам нет нужды умирать здесь вместе с этим существом. Пусть оно лишь встанет между зеркал и тогда не будет мощного взрыва. Его тело, пропитанное магией, поглотит энергию и распадется на молекулы. Никто не пострадает, за исключением него.
Ткот пробежал мимо Элемроса и встал между зеркал.
— Я уже здесь, — крикнул он. — Скажи ему, что я тут, пусть тащит сюда свою проклятую трость.
— Отойдите в сторону, господин Стефано, — мягко сказал незнакомец. — Он ведь уже там, я знаю. Эти существа несносны, капризны и с отвратительными кулинарными предпочтениями… Но они чертовски благородны. Дайте мне уничтожить его и живите дальше своей жизнью, в своем немагическом мире.
— Уходи, Элем, пожалуйста, — взмолился ткот. — Он ведь все равно убьет тебя, а потом и меня.
“Если же у него в этой трости спрятан клинок, то мне конец…”
— Уходите, господин Стефано, — сказал незнакомец. — Существо обречено, оно не допустит, чтобы я устроил взрыв, который погубит тысячи жизней. Поэтому сейчас вопрос лишь в том, умрете вы вместе с ним или нет. Потому как то оружие, которое вы так судорожно сжимаете в руке вас не спасет.
С этими словами незнакомец тряхнул рукой и трость отлетела в сторону. Вернее, в сторону отлетели ножны шпаги, спрятанной в трости. Незнакомец со свистом крест-на-крест рассек своим клинком воздух и по легкости обращения с этим оружием сразу же был виден почерк настоящего мастера.
Волна тоскливого ужаса затопила сознание Элемроса. Никогда в жизни он еще никого так не боялся, как этого спокойного и вежливого человека. И самое противное, что Элемрос совершенно точно знал, что надо сдаваться. Логика и здравый смысл, которым он всегда подчинялся, требовали отойти в сторону. Не было ровно никаких причин и на сей раз поступать по-другому.
Тяжело вздохнув, Элемрос крепко сжал левой рукой ножны, а правой стиснул рукоятку и медленным движением вытянул шпагу. Клинок тускло блеснул в свете ламп, и острие нацелилось незнакомцу в грудь. Человек в очках с интересом склонил голову набок.
— Вы точно этого хотите, господин Стефано? — с легкой ноткой иронии спросил он. — Видите ли, даже самый блестящий тренер в ходе самых идеальных тренировок не подготовит вас к тому, что случится, когда шпага будет единственным, что отделяет вас от смерти. Бой — это…
Элемрос перестал слушать. Внезапно шпага в его руке словно потеряла свой вес. Элемрос конечно читал о том, что оружие «становится словно продолжением руки»… сейчас он это испытал. Элемрос нанес несколько быстрых колющих ударов, поочередно в верхний и нижний уровень, закончив выпады широким взмахом. Лезвие со свистом рассекло воздух ровно в том месте, где секунду назад было горло незнакомца. Вообще-то ни один из ударов Элемроса не достиг цели, так как незнакомец с легкостью отразил их своим клинком. Тем не менее, впечатление Элемрос произвел.
— Неожиданно, — сказал незнакомец, слегка улыбнувшись и неторопливо перемещаясь влево. — Вот уж не подумал бы, что в таком возрасте вы попытаетесь застать противника врасплох, не дав ему закончить предложение. Очень по-взрослому, поздравляю.
Элемрос старался не слушать, так как сосредоточился на наблюдении. Из глубин сознания словно скат из темной бездны выплыл совет. Вместе с советом пришло и умение. Элемрос будто вспоминал давным-давно забытое мастерство.
“Обращать внимание не на слова и клинок, а на положение тела, ног и рук.”
