Лиза опустила голову, уставившись на ковер. Ну не детектив она. Изольда ее явно к чему-то подталкивала, но соображалось с трудом.
– Значит, это не самое страшное?
Изольда облокотилась на туалетный столик, приподняла бровь и едва заметно кивнула. Лиза, воодушевленно продолжила:
– Значит, он боится. Думает, мы ЕЩЕ что-то можем сделать. Подожди-ка! Значит, у него есть еще какой-то секрет. И это что-то даже важнее того, что уже всплыло, – она стремительно поднялась с кровати и принялась ходить от стены к стене, помахивая рукой в такт своим разворачивающимся мыслям. – Он пришел ко мне после того, как понял – мы за ним следим. И он видел, что мы что-то смогли снять и выяснить. Он-то не знал, что фотка не получилась. Он думал, что мы узнали про его планы… Разрешение на строительство! Марина говорит, что он наверняка будет строить еще один завод. У него по области их и так сотня. Но… но… Он не хочет, чтобы об этом узнали. Значит, он будет даже хуже предыдущих. И он боится, что мы и про это всем расскажем.
Пораженная Лиза вновь присела на кровать.
– Даже хуже… – медленно повторила она, уставившись в одну точку. – И еще больше людей пострадают… Его… Его надо остановить.
Последние слова она прошептала, словно боялась своего решения. Лиза подняла голову. Призрак Изольды вновь мерцал в кресле, хотя мгновение назад родственница с явным любопытством выглядывала из окна.
– Но как же деньги? Если ты будешь его «останавливать», – Изольда показала костлявыми пальцами кавычки, – он тебе точно не заплатит.
– Но… но… нельзя же так. Нельзя людей травить. И пусть он говорит, что люди сами виноваты и что они дураки. Но он-то – умный. Хоть и козел. А если ты умный, то нужно… не знаю… думать о других, что ли.
Изольда громко хмыкнула.
– Ой, вот не надо тут! – Лиза, вновь вставшая с кровати, резко обернулась к родственнице.
– Хочешь сказать, что ты о людях думаешь? – парировал призрак.
– Пытаюсь, по крайней мере. Я вон Ларису с ее мужем помирила. Кате мы деньги начали собирать – это я придумала! Марине мужика… черт, опять про это забыла. Но найду кого-нибудь, просто попозже. Не до этого. Что ты на меня так смотришь? Сама-то вон как над людьми издевалась. Врала им направо и налево. Меня еще в это втянула.
– Меня ранят твои слова, – Изольда снова принялась изображать из себя стареющую примадонну и драматично приложила руки к груди. – Но разве это не я хотела, чтобы ты людям помогала, не я попросила тебя выполнить пять желаний?
– Ты хотела, чтобы я людей обманывала. Я же тебе не джин. Надо было настоящей ведьме наследство оставлять, чтобы люди ей по-настоящему верили и за помощью шли, как… как…– Лиза резко переключилась с возмущенного на серьезный тон. – Урлапов приходил к тебе. Зачем?
– Мы этого уже никогда не узнаем.
– Ага, как же, а ну признавайся, ты…
Насмешливое выражение слетело с лица Изольды, женщина вмиг посуровела, черты ее заострились, а кожа потемнела. Гадалка закрыла глаза, опустила голову, а потом резко подняла веки, взглянув исподлобья. В глазах блеснул желтый огонь.
У Лизы пересохло во рту, язык перестал шевелиться. И как бы она ни старалась, изо рта вырывался лишь хрип. Она замахала руками, словно пытаясь загнать себе в рот побольше воздуха.
– Все сказала? – Изольда все так же сверлила ее взглядом.
Лиза яростно закивала.
Тогда гадалка вскинула голову, с лица словно слетела черная вуаль, и она вновь легко улыбалась. Лиза почувствовала, что может свободно дышать и управлять своими языком и губами. Она бросила на родственницу обиженный взгляд, но, чтобы лишний раз не провоцировать, принялась вновь ходить по комнате и говорить ровным голосом.
– Урлапов бы не стал приходить просто так, из любопытства. Не такой человек. Он пришел бы только, если ему что-то нужно. К тому, от кого он это может получить. То есть он верил, – она остановилась и все-таки взглянула на Изольду, – верил, что ты можешь ему помочь своей… своей магией.
Последнее слово Лиза произнесла с откровенной издевкой, но тут же спохватилась и поторопилась продолжить.
– Урлапов что, верит в магию? Серьезно? Он думал, ты ему чем-то поможешь. Но ты не помогла. Почему? Ладно, неважно. Навредила как-то? Ладно, этого мы тоже не узнаем. Он поэтому так взбеленился, когда я гадать стала? Подожди-ка, он думает, что и я колдовать умею? И что? Порчу наведу?
Лиза хлопнула себя по лбу и засмеялась.
– Ни фига себе. С виду серьезный человек, а в такую дребе… вещь верит. То есть он боялся, что я – как ты, и могу его проклясть, поэтому следил за мной все это время. Поэтому звонил и все такое. Это ж надо…
Она замерла, приложила пальцы ко рту.
– Это можно использовать.
– Вот такая ты мне нравишься, – Изольда вновь одобрительно кивнула.
Лиза обернулась к зеркалу. Ее голова была чуть наклонена, губы сложились в хитрую улыбку, а глаза, чуть сощурившись, глядели исподлобья. В них плясали желтые искры.
– Такая я и сама себе нравлюсь.
– Вот и славно.