Последний лозунг тут же подхватили сотни ртов. Над лужайкой понеслись ритмичные слова:
– Мы-хотим-парк-мы-хотим-парк-мы-хотим-парк!
И вдруг между повторами речевки, когда толпа в едином порыве набирала воздух для очередного залпа, кто-то крикнул:
– Вали забор!
– Да-а-а!
– Нет, – прошептала Лиза и вжалась в Илью. Он обхватил ее и потащил назад, но они наткнулись на людей, которые бросились к забору. Увидев конкретных противников, толпа ринулась в бой. Руки вцепились в металлические прутья и стали шатать секции, те скрипели и кренились. Кто-то повис на отогнутом угле. Самые отчаянные карабкались вверх по ограде. А самые безумные – лезли на деревья, спрыгивали за забором и принимались валить его с другой стороны.
Не прошло и минуты, как первая секция поддалась. Люди победно вскинули ее над головами и, передавая из рук в руки, как певца на рок-концерте, понесли к краю лужайки, где бросили на проезжую часть. Металлический звон разнесся над всем парком.
«Хоть бы не поранили никого», – в страхе думала Лиза.
Они с Ильей так и стояли на одном месте. Парень то и дело предпринимал попытки выбраться, но толпа не пускала. Их сил хватало лишь на то, чтобы устоять и не двинуться к забору.
Тем временем те, кто пришел на защиту парка, увидели прореху в заборе, двинулись к деревьям и с размаху налетели на стену спортсменов. До этого мужчины лишь молча поигрывали мускулами. Но, оказавшись под градом тумаков и летевших в них веток, перешли в атаку. Они принялись отпихивать от себя людей, кого-то повалили на землю, кто-то вскрикнул, кого-то взяли в захват и даже ударили в живот. Бойцы так и стояли плотной стеной, ни один из защитников парка не смог пройти ее.
Схватка становилась все ожесточеннее и вскоре превратилась в настоящую потасовку. В толпе, бросившейся на забор, были в основном парни. Почуяв запах крови, они поддались первобытному инстинкту. Задние ряды стали напирать с удвоенной силой, а бойцы из Академии уже теснили бунтовщиков из парка. Спортсмены вышли за забор и начали раскидывать активистов по лужайке. Лиза слышала звуки ударов и крики людей. Зажатая между двумя лагерями, они понимала: ребятам, которые недавно пели песни ради парка, не выстоять против профессиональных боксеров. Она лишь надеялась, что никто сильно не пострадает.
В плотной толпе Лиза с трудом смогла поднять мегафон.
– Пожалуйста, перестаньте, прекратите. Вам это не нужно! – кричала она, обращаясь то к одной, то к другой стороне.
В очередной раз повернувшись, она случайно ткнула мегафоном в бритую голову одному из спортсменов. Ее усиленный техникой голос, должно быть, оглушил его. Мужчина злобно скривился и тут же двинул кулаком в мегафон. Лизины зубы спасло только то, что она успела отвернуться, удар пришелся в щеку. Боец замахнулся для следующего. Тут Илья, который держал Лизу сзади за талию, круто развернул ее, загородив собой. Она услышала лишь глухой стук и почувствовала, как руки вокруг нее ослабли.
– Илья! – крикнула она, но из-за резкого поворота и без спасительного кольца рук полетела вперед в неожиданно появившийся просвет в толпе. Люди тут же сомкнулись за ее спиной.
Лиза упала на траву, пока шло мощное наступление сторонников парка. Ей сразу отдавили пальцы на обеих руках. Кто-то споткнулся, больно ударив ее по коленке. Чья-то сумка проехала по ее голове, вырвав несколько волос. И она не могла встать. Стоило лишь согнуть колени и попытаться оторваться от земли, как ее тут же придавливало к траве. Она кричала от страха за себя, за Илью, за всех остальных. Урлаповские парни всех покалечат. Больше у нее не было «зелья», чтобы справиться с ними, а единственный помощник лежал в больнице.
Вдруг стало свободней, людской поток сместился и над Лизой на несколько секунд образовался просвет. Она дернулась, пытаясь встать. Но пробегавший мимо парень споткнулся и рухнул на ее ноги, на него – еще один и еще. Теперь Лизе было не подняться. И тут она поняла, почему стало свободнее. Люди разбегались в стороны от особенно крупного бойца. Мужчина, уже без футболки, с выпученными глазами бежал вперед в яростной попытке найти достойного противника. Он не смотрел вниз. Через секунду он ее раздавит.
Лизу обдало холодом. Целая секунда потребовалась, чтобы понять, что холод настоящий. Ту самую секунду, которая могла стать последней в ее жизни. Холод шел сверху – над ее головой пронеслась мощная струя воды и ударила бойца в грудь. Тот рухнул на землю. Вода выгибалась дугой прямо над Лизой, тяжелые ледяные капли падали на голову.
Люди закричали с новой силой. Лиза села и огляделась. С нескольких сторон в толпу врезались такие же струи. Лужайку окружили машины полицейских и пожарных. Они-то и поливали всех без разбора.
– Успокоиться! Всем разойтись! Это несанкционированный митинг! – отдавал команды механический голос, усиленный громкоговорителем, таким же, как у Лизы.
Спортсмены организованной толпой быстро двинулись назад в парк, скрываясь за своими автобусами. Защитникам же парка было не за чем прятаться от холодной воды. Они падали на землю, но уходить явно не собирались.