Город ведьм полностью

В самом деле, отчего любовница Кудымова обитала не вместе с ним в квартире? Как-то странно. Несмотря на хаос и высокую степень загаженности, места в его двухкомнатной квартире вполне хватило.

– Отвечать на провокационные вопросы я не намерен! – парировал журналист. – Эй, что вы делаете?

Надя из зала направилась во вторую комнату, толкнула дверь и убедилась в том, что она заперта. Очень странно. Кто запирает двери в собственной квартире, тем более находясь в ней один?

– Что там? – произнесла она, а Кудымов ощетинился:

– Вас это не касается! И вообще, уходите!

Надя и не думала покидать его пристанище. Она снова толкнула дверь и сказала:

– Что же, придется вызывать полицию. Вы же сами так хотели.

Она вынула мобильный телефон и продолжила:

– И сказать, что вы удерживаете у себя силой бывшую жену. Точнее, она вам даже и не бывшая.

Журналист чертыхнулся и заявил:

– Никого я там не удерживаю. И Верку видел в последний раз давно. Да, мы с ней расстались, но я же не маньяк какой-то, чтобы ее преследовать.

Он осекся, а Надя переспросила:

– Ага, значит, вы не маньяк? Однако, судя по вашим публикациям, знаете о нем больше, чем положено простому обывателю.

– Так я не простой обыватель! – заявил важно Кудымов. – У меня имеются свои собственные конфиденциальные источники.

Что-то в его тоне показалось Наде странным.

– Так мне вызывать полицию? – спросила она, и журналист заявил:

– Вызывайте! Меня за мою информационную политику похвалили сам губернатор и начальник полиции. Так что не надо мне угрожать.

Вера знала, что Кудымов был на стороне действующей власти, в то время как Вера работала главредом в газете, принадлежавшей главному противнику губернатора, олигарху Филину.

Не в этом ли все и дело?

– Ну как знаете, – сказала она и сделала вид, что набирает номер. – Думаю, скандал будет знатный, когда станет известно, что вы причастны к исчезновению вашей жены. Тут и губернатор с начальником полиции не помогут. Более того, они от вас тотчас избавятся. И, не исключено, вы умрете в СИЗО – так же, как и этот студент Герасименко.

Кудымов попытался выхватить у нее из рук телефон, что, однако, не вышло.

– Никуда не звоните! – заявил он, тяжело дыша. – И что вы ко мне прицепились? Не причастен я к исчезновению Верки. Да, мы расстались, но зла я на нее не держал.

– В самом деле? – спросила иронично девушка, и журналист заявил, возможно, чересчур поспешно:

– Ну да, с чего, собственно? Это ведь я ее бросил, а не она меня, хотя она всех и уверяла в обратном.

Надежда ему не верила, но у нее не было ни малейшего доказательства. И закрытая дверь комнаты наводила на определенные мысли.

– Так что у вас там? – спросила она, и Кудымов осклабился:

– Большой кавардак! Вот я дверь и закрыл. А что, это запрещено?

Нет, не запрещено, но дверь-то он закрыл еще до того, как она ворвалась к нему в квартиру, что было уж как-то чересчур подозрительно. Кто закрывает двери в собственной квартире, находясь там в одиночестве?

Вот именно, разве что только маньяки, которые хранят за ними неприглядные вещи.

– Ну хорошо, убедили, – заметила Надя. – Я сейчас покину вашу квартиру, только вот ванной воспользоваться мне можно?

Журналист пожал плечами.

– А если я вам запрещу, вы что, откажетесь от своей затеи? Извините, но чистого полотенца предложить вам не могу.

– Я на это и не рассчитывала! – парировала Надя и промаршировала в ванную. Оказавшись там, она открыла воду и осмотрелась. На самом деле она зашла в ванную, чтобы отвлечь внимание Кудымова. Потому что вспомнила, что видела в коридоре прибитый к стенке щиток с ключами.

Что-то подсказывало ей: один из этих ключей должен подходить к двери спальни. Может, она несправедлива к Кудымову и подозревает его невесть в чем?

Надя осмотрелась – в ванной, страшной, заплесневелой, в поразительно грязной, покрытой слоем коросты желтой лохани, на кривой полке имелась, помимо всего прочего, бутылка женского шампуня, а также вторая зубная щетка, но это могло указывать исключительно на то, что новая боевая подруга Кудымова время от времени заглядывает в его холостяцкую берлогу.

Или на то, что он удерживал у себя Веру?

Надя не могла отделаться от ощущения, что журналист что-то от нее скрывал. Но вот только что именно?

Она осторожно приоткрыла дверь ванной и услышала голос Кудымова, доносившийся до нее с кухни:

– Да, приперлась ко мне, чуть ли не шмон устроила. Какая-то Надежда, кажется, Никитина. Насколько я в курсе, она – подружка этого самого рыжего хлюпика, которого Верка в качестве информатора для своих дурных статеек использовала.

Ага, значит, он в самом деле кое-что знал! И вообще, Максим был, может, и рыжий, но отнюдь не хлюпик.

– Такая боевитая, говорливая, рыжая. Да, как и ее поклонник, только он дрыщ дрыщом, а эта жирноватая такая и низенькая.