В процессе поиска квартиры в столице я познакомился в поезде с земляками из Екатеринбурга, оставшимися после окончания института работать в Москве. Это была очень милая и, на мой взгляд, счастливая семейная пара, Сергей и Мария. Работали они в одной фирме. Я, естественно, засыпал их вопросами о Москве. О работе, об их жизни. Меня поразило, что Сергей добирался до работы 2,5 часа (из подмосковного города Жуковский). Я считал немыслимым тратить 5 часов своей драгоценной жизни (туда плюс обратно) на перемещение! Что же для себя любимого останется??? Неглубокий и беспокойный сон? Сергей же воспринимал все как должное и даже гордился некоторыми своими небольшими достижениями – покупкой «бэушной» иномарки и затянувшимся ремонтом в квартире. Я никак не мог понять, где здесь его выигрыш? Одно время я решил с ним сблизиться и заехал к нему на работу. Пришлось ждать час, пока Сергей доделает все свои дела. Часов в восемь вечера мы отправились домой на его машине. Разговор не клеился, а я никак не мог угомониться:
– Тебе не тяжело каждый день вставать в семь утра? А дорога, пробки – не утомляют по четыре-пять часов в день?
Сергей был мужественным человеком, годы карате (он поделился, что десять лет занимался этим видом единоборств и даже работал инструктором) закалили его характер. Но я все равно оставался в недоумении. К чему такие жертвы-то? Неужели для него это и есть то пресловутое московское счастье?
После полуторачасового слалома в пробках Сергей высадил меня около дома и поехал к себе. Еще час дороги, и он обнимет свою жену. Такая жизнь похожа на затянувшийся спарринг на татами в борьбе за московский статус. В дальнейшем я достаточно часто встречался с теми, кто пытался покорить Москву слишком большой ценой. На мой взгляд, напрасной. Лучше талантом покорять! Я человек ленивый – мне этого не понять.
Долина Москвы-реки могла притянуть к себе только очень сильных и не очень воинственных людей. И очень терпеливых. И очень трудолюбивых, надеющихся только на самих себя, на крепость рук своих. Из поколения в поколение, из века в век они обихаживали Московскую землю, и к середине XII века всем заинтересованным лицам, то есть князьям, погрязшим в распре, стало вдруг ясно, что в долине Москвы-реки можно жить не хуже, чем на Волге, Оке, Днепре.
Мне всегда хотелось, чтобы фильм «Москва слезам не верит» был трех– или четырехсерийным. Вот главная героиня ночью зубрит учебник, обессиленно утыкается в слезах в подушку. А в следующей серии она уже директор крупного предприятия. Отрезок жизни, занятый достижением успеха, путь, который она прошла к нему, почему-то выпал из сценария. Такая быстрая трансформация – образец яркой рекламы успеха. Это так легко! Просто сделай это! И это так похоже на мои иллюзии об успехе в Москве. Но когда я только начал двигаться – цель виделась далекой и призрачной. Трудности и преграды – это все, что наполняло мою жизнь.
После тщетных исканий: может, открыть колбасный магазинчик, а может, косметические точки, я решил снять маленький офис и наконец начать какое-нибудь дело в Москве. Как говорил Наполеон, «главное ввязаться в драку, а потом уже смотреть, что из этого получится». Четких планов у меня не было. (Не поехал бы в Москву.)
