По крайней мере, Вилма не испытывала страха высоты, а с Юпаном с некоторых пор ее связывала тесная дружба. Казалось, птица чувствует глубокую любовь жреца ко всем существам, имеющим клюв и крылья, пусть даже они не такие уж большие и летать - не в их обычае.
Тем временем Гумбольдт и Шарлотта были поглощены важным делом: они заряжали батареи лингафона. Вскоре после старта ученый нашел способ подключиться к электрическим цепям «Хуракана», и теперь оставалось только проверить, насколько хорошо идет зарядка.
Наконец, Гумбольдт выпрямился, кивнул племяннице и проговорил:
- Думаю, можно отключать и эту, и все остальные. Они заряжены под завязку.
- Отлично, - откликнулась Шарлотта. - А то в последние несколько часов твой прибор начал заикаться и гнусавить!
- Ничего не поделаешь, - заметил ученый. - Со временем придется кое-что изменить в системе энергопитания. Не стоит надеяться, что в наши дни все отдаленные племена такие технически подкованные, как «заклинатели дождя».
- А может быть вам стоит пойти по тому же пути, что и ханак пача?
- Что ты имеешь в виду?
- Я говорю об их солнечных коллекторах. Почему бы не получать энергию прямо из солнечного света, без всей этой возни с водородом и кислородом?
- Забавная мысль, - с улыбкой пробормотал ученый. - Я вижу, Оскар, в тебе начитает просыпаться настоящий исследователь. Не откажешься ли после нашего возвращения домой стать моим ассистентом в осуществлении этого проекта?
Оскар не успел спрятать довольную ухмылку, как раздался крик впередсмотрящего. Жрец перекинулся парой слов с индейцем, сидевшим на наблюдательном посту, и направился к путешественникам, жестами предлагая им перейти к левому борту.
Солнце так слепило, что пришлось приложить ладонь козырьком ко лбу, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть. Поначалу внизу ничего не было видно, кроме трех небольших летательных аппаратов, стремительно мчавшихся на малой высоте над пустыней. Каждым управлял всего один человек.
- Кто это? - спросил Оскар. - Они нас сопровождают?
Жрец отрицательно покачал головой, после чего повесил на шею лингафон.
- Это те, кто прошел инициацию.
- Ини… как вы сказали?
- У нашего народа есть обычай: каждый молодой мужчина должен пройти определенные испытания, прежде чем его признают взрослым, - пояснил Юпан. - Разве у вас иначе?
- Не в такой строгой форме, - ответил вместо Оскара Гумбольдт. - У нас каждый доказывает свою мужскую состоятельность на свой манер.
- А в чем, собственно, заключается ваш ритуал? - Оскар с содроганием припомнил рисунки, которые ему довелось видеть в одном из томов в библиотеке Гумбольдта. На них молодым африканским мужчинам протыкали деревянными колышками складки кожи на животе и наносили насечки на груди с помощью кривых ножей. - Надеюсь, он не слишком кровопролитный?
- На этот счет можешь не беспокоиться. - Юпан улыбнулся. - Мужчины нашего народа в первую очередь должны научиться скользить на крыльях ветра. А для этого требуется построить собственное судно и проделать путь до центральных областей пустыни Наска. Там их души воссоединяются с богами. После этого они могут вернуться к своему народу и стать полноправными членами общины.
Воссоединяются с богами? Что бы это значило?
Оскар не успел выяснить подробности, когда на палубе внезапно раздался крик:
- Боже правый, вы только взгляните! - перегнувшись через поручни, Гарри Босуэлл указывал куда-то вниз.
Что там увидел фотограф?
Оскар прищурился: поверхность пустыни выглядела как корка засохшего хлеба - белесая, грубая, растрескавшаяся. Вдали возвышались голые холмы, на выветренные склоны которых с незапамятных времен не упало ни капли дождя. Трудно представить более безотрадную местность. И все же там находилось нечто такое, что совершенно не соответствовало окружающему пейзажу. Настолько инородное, что легче было поверить, что находишься не на Земле, а на далекой чужой планете.
Разве Юпан не упомянул богов?
Только сейчас, глядя с высоты, Оскар начинал понимать, о чем говорил старый жрец.
Изображения, проступавшие сквозь поверхность пустыни, были невообразимой величины. Их истинные размеры можно было оценить, взглянув на воздушные суда, пролетавшие над ними, - те казались просто мелкими насекомыми.
То, что увидела Шарлотта, заставило ее задохнуться от изумления. Внизу распростерлось множество изображений. Люди, обезьяны, киты, растения и птицы - множество птиц. Среди них были колибри, попугаи, туканы, кондоры, и каждый экземпляр имел размах крыльев в несколько сотен метров. В изображения живых существ вплетались геометрические мотивы - спирали, треугольники и безупречно прямые линии, тянувшиеся на километры вдаль. Весь этот сухой, как древний прах, ландшафт был усеян таинственными рисунками и выглядел (эта мысль сверкнула в уме девушки, как молния) почти так же, как рисунки на стенах Пещеры знаний. С единственным отличием - фигуры в пустыне были тысячекратно больше.
- Добро пожаловать в Наска - край, хранящий заветы наших предков!
В голосе Юпана звучала глубокая почтительность.
