Город золотых теней полностью

– Мы с вами, кажется, не встречались? По крайней мере мне ваше имя незнакомо, но… – Женщина смолкла: она куда-то отошла. – Извините, у нас тут маленькое происшествие, – пояснила она, вернувшись. – Горничная кое-что уронила. Так как, вы сказали, ваше имя?.. Роландо? Я передам Сэм, что вы звонили, когда она вернется с футбола.

– Заметано… то есть спасибо, я… – До Орландо не сразу дошло: она? – Секундочку, мэм, кажется, я… – Но женщина уже отключилась.

– Бизли, это единственный подходящий номер? Потому что это не тот.

– Мне очень жаль, босс, можете дать мне пинка. Он ближе всего к заданному профилю. Я попробую еще, но ничего обещать не могу.

Два часа спустя Орландо очнулся от полудремы. Свет в комнате был приглушен, стойка для внутривенных инъекций отбрасывала на стену тень, похожую на виселицу. Он выключил запись «Детей Медеи», негромко звучащую через слуховой шунт. В голове у него прочно обосновалась тревожная мысль, и прогнать ее он не смог.

– Бизли, набери-ка мне снова тот номер.

Вызов снова прошел через систему отсева, и после короткой паузы он услышал прежний женский голос.

– Я вам сегодня уже звонил. Сэм еще не вернулась?

– Ах да… Я забыла ей сказать, что вы звонили. Сейчас посмотрю.

Снова наступило ожидание, на сей раз болезненно долгое, потому что Орландо не знал, чего ждет.

– Да?

Он все понял по единственному слову. Голос не был изменен, чтобы казаться мужским, и звучал более высоко, чем он привык его слышать, но он этот голос узнал.

– Фредерикс?

Мертвая тишина. Орландо ждал.

– Гардинер? Это ты?

Орландо ощутил нечто вроде ярости, но эта эмоция оказалась столь же смущающей, сколь и болезненной.

– Скотина, – процедил он наконец. – Почему ты мне не сказала?

– Прости. – Новый голос Фредерикса был еле слышен. – Но все не так, как ты думаешь…

– А что я думаю? Я думал, что ты мой друг. Думал, что ты парень. Тебе, наверное, было забавно слушать, как я болтаю о девчонках? Как выставляю себя сканированным идиотом? – Ему внезапно вспомнилось, как он описывал Фредериксу свой женский идеал, составленный из различных частей тела сетевых звезд. – А я… я-то думал… – У него перехватило дыхание.

– Но все было совсем не так. Ну, не совсем так. То есть я не собиралась… – Она секунду помолчала, потом знакомый и одновременно незнакомый девичий голос послышался вновь, но уже ровный и преисполненный сожаления: – Как ты узнал этот номер?

– Вычислил. Я искал тебя, потому что тревожился за тебя, Фредерикс. Или теперь мне следует называть тебя Саманта? – поинтересовался он, вложив в вопрос все презрение, какое сумел собрать.

– Я… вообще-то я Саломея. А Сэмом меня в шутку называл отец, когда я была маленькая. Но…

– Но почему ты мне ничего не сказала? Одно дело, если человек просто гуляет по сети, но ведь мы были друзьями, мужик! – Он горько рассмеялся. – Мужик.

– Так в этом все и дело! Понимаешь, когда мы стали друзьями, я просто не знала, как тебе сказать. Я так боялась, что ты не захочешь со мной общаться.

– Это и есть твое оправдание?

– Я… ну что мне теперь делать? – спросила она, едва сдерживая слезы.

– Прекрасно… – Орландо показалось, будто он покинул тело, превратившись в облачко гнева. – Просто прекрасно. Значит, ты не умерла и не заболела. Я, кстати, и позвонил, чтобы это узнать.

– Орландо!

Но на этот раз отключился он.

Вот они – так близко, что можно ощутить их запах.

А ведь их запах, в каком-то смысле, можно ощутить. Сенсоры боекостюма улавливают множество тонких намеков, расширяя диапазон человеческих чувств, так что ты почти носом чуешь, как два десятка врагов движутся к тебе сквозь туман – так пес чует кошку на далеком заборе.

Ты оглядываешься, но Олеков и Пан-Йи еще не вернулись. Неудачный они выбрали момент для проверки сигнализации на посадочной площадке. Впрочем, на этой адской планете почти не бывает удачных моментов.