- Ну, ладно, - сказал он. - Я был неправ. Почему бы не начать сначала? Ты скажешь мне, как снова включить доставку еды, и я это сделаю. Тут нет ничего страшного. Мы оба только выиграем.
- Верно, ты же голоден. Ладно, нужно повернуть ручку на краю пульта сна, как я тебе говорила. Я не уверена, но по-моему, третье деление влево - то есть, против часовой стрелки.
- Хорошо. Я прослежу, чтобы тебя накормили, а потом, возможно, поболтаем еще.
У двери он резко обернулся. - Но если ты меня обманула, если это третье деление разбудит всех, или что-нибудь подобное...
- Гарантий дать не могу, - холодно сказала Джанетт. - Это только мое предположение. Но я не больше тебя хочу, чтобы экипаж проснулся. Ты не мед, но они мне нравятся еще меньше.
Сказанное прозвучало особенно оскорбительно из-за своей прямоты. Вернувшись в рубку, он установил ручку, как было велено, и помчался в свою клетку проверить результат. Корабль незамедлительно доставил заказанные блюда, и Карл до отвала наелся. В дополнение он заказал бутылку бренди. Он пока был полон решимости разобраться в панелях управления самому, а при такой усталости немного смазки пошло бы только на пользу.
Проходя мимо двери Джанетт, он постучал, но ответа не дождался.
- Джанетт! - закричал он. - Джанетт, столовая работает!
По-прежнему, тишина. Может металлическая дверь не пропускает звук? Затем он разобрал еле слышное всхлипывание, потом еще.
Он пошел дальше, удовлетворенный. Он слегка удивился, обнаружив, что она может плакать - до сих пор она казалась твердой, как гвоздь, кроме как во сне - но это только пойдет ей на пользу. Опять же, приятно было знать, что у нее есть предел; в конечном итоге это поможет ее убедить. А пока что она слышала, как он объявил о включении подачи пищи, и должна изменить мнение о нем в лучшую сторону.
Он шагал по коридору, весело насвистывая "Фоллаут-блюз" сразу в двух тональностях.
В окно рубки заглядывала глубокая ночь, и уже давно, когда он решил признать свое поражение - временное, конечно. Бренди немного убавил ему торопливости и прибавил самоуверенности, но не добавил ни технических знаний, ни разумных идей. И вдруг все поплыло перед глазами, и его неудержимо потянуло в сон. К тому же усилилась головная боль.
Не будет никакой опасности, если немного вздремнуть. Все остальные и так спят, кроме Джанетт, а она заперта. Конечно, она крепкий орешек и может придумать способ выбраться. Лучше бы ее отключить. Она и сама, наверняка, только обрадовалась бы. Это даст ему два плюса для начала следующего разговора.
Он нажал кнопку, которая управляла Джанетт, а затем, избегая стриптизных кресел, удобно свернулся под большой панелью.
Проснулся он медленно и естественно; он почти забыл это ощущение, насильные пробуждения корабля вызывали у человека чувство резкого выскакивания из небытия, и некоторое время просто наслаждался им. В конце концов, никакой опасности не было. Корабль принадлежал ему.
Но нынешнее утро оказалось непривычно шумным: отдаленный рев двигателей, а иногда, еще более отдаленный шум голосов...
Голоса! Он в тревоге вскочил.
Он уже не находился на борту корабля.
Он увидел залитую солнцем маленькую комнату, явно казарменного вида, с зарешеченным окном, единственную обстановку которой составляла узкая койка, с которой он только что вскочил. Он был одет в пижаму военного госпиталя, а коснувшись лица, обнаружил, что чисто выбрит - от бороды не осталось и следа - и по-солдатски коротко подстрижен. В ногах постели лежал аккуратно сложенный казенный темно-бордовый больничный халат.
Снаружи снова взревел двигатель самолета. Сыпля проклятьями, Карл бросился к окну.
Он действительно сидел под замком возле военного аэродрома, какого именно, кто знает, но во всяком случае американского. Это был большой аэродром с интенсивным движением.
А прямо перед Карлом, на земле, стоял чужой космический корабль. Он находился милях в трех, но все равно был столь огромен, что закрывал большую часть горизонта.
Он был захвачен - а вместе с ним и Карл Уэйд.
Карл не стал терять время на догадки, как это случилось, и на оплакивание своих рухнувших фантазий, в которые, как вдруг стало ясно, он никогда по-настоящему не верил. Единственное, что занимало его в данный момент - _в_ы_б_р_а_т_ь_с_я_!
Он метнулся к двери, убедился, что она заперта, и стал ее в ярости трясти.
- Эй! - отчаянно орал он. - Выпустите меня! Вы не имеете права... я гражданский человек... гражданин...
Замок щелкнул у него под рукой, Карл отпрыгнул, раздался громкий звук отодвигаемого засова. Дверь распахнулась, и вошла Джанетт в сопровождении двух здоровых бесстрастных настороженных полисменов Военно-воздушных сил. Девушка выглядела свежо и мило, но ее волосы тоже были коротко подстрижены с одной стороны, и под этим ухом виднелась приклеенная липкой лентой повязка.
- Доброе утро, - произнесла она.
Он продолжал отступать назад, пока не уселся на койку.
- Мне следовало догадаться, - сказал он. - Итак, ты взяла верх и продала.
