Перри засунул лом между листом фанеры и стеной и пытался открепить ее от окна. Небольшой кусок отломился и разлетелся на щепки. Перри откинул щепки ногой и выломал кусок побольше, размером с кулак. Ухмыляясь, он с остервенением продолжил ломать фанеру, не заботясь о воспроизводимом шуме. Через несколько минут они все равно будут свободны.
Он выломал примерно половины листа, открыв чуть меньше половины окна, прежде чем наткнулся на более плотную древесину там, где влага и гниль еще не распространились по листу. После этого работать стало труднее. Со временем он начал выбиваться из сил.
- Черт побери!
- Что случилось? - спросил Лео. - Почему вы остановились?
- Остальная часть фанеры плотная, - вздохнул Перри. - Я не могу ее выломать.
Он вытер пот со лба и посмотрел на парней. Затем повернулся и попытался отпереть оконную задвижку. Та проржавела и не сдвинулась с места. Тогда Перри выбил стекло из открытой части окна. Сразу же на них повеял прохладный ветерок. Для Перри это было одно из самых приятных ощущений, которые он когда-либо испытывал. Он снова обернулся. Лео и Дуки испуганно смотрели на него.
- Они услышат, как бьется стекло, - выругался Лео. – и придут сюда.
- Я знаю, - сказал Перри. - Вот почему нам нужно поторопиться. Дуки, ты единственный достаточно худой, чтобы пролезть в это окно. Вылезай и беги за помощью.
- Вы, блядь, ебнулись, мистер Уоткинс, - парень переводил взгляд с узкого оконного проема, ощенившегося осколками, на мужчину и обратно.
- Не дерзи, мальчик.
- Кого вы называете мальчиком? – неожиданно взвился тот.
- У нас нет времени спорить, Дуки. Вылезай из этого гребаного окна и беги за помощью. Полиция, наверное, уже приехала.
- Я бы не был так уверен, - сказал Лео.
Перри вздохнул в отчаянии.
- Если нет, тогда расскажешь моей жене, что случилось. Скажи, чтобы она снова позвонила в 911 и оставалась на линии, пока кто-нибудь не приедет. Она должна заставить их прислать кого-нибудь. И пока она будет это делать, ты начнешь стучать в двери и будить людей.
- И что им говорить?
- Скажи им, что мы, блядь, заперты здесь с кучкой психов. Пусть возьмут факелы и вилы, как в старых фильмах про монстров, и вышибут эту гребаную дверь! А теперь лезь, Дуки.
Ошеломленный, нервный подросток выглянул в окно. Затем, тяжело сглотнув, кивнул.
- Хорошо. Я сделаю это.
- Ты чертовски прав, - проворчал Перри. - Только поторопись. И будь осторожен. Ты не принесешь нам много пользы, если сломаешь себе шею, неосторожно спрыгнув вниз.
- Я уж постараюсь, йоу. - Уверенность вернулась к Дуки. - Ни о чем не беспокойтесь.
Перри и Лео вынули осколки из рамы, подсадили парня и помогли ему пролезть в отверстие. Они смотрели, как исчезает его голова, затем плечи и грудь, а потом и все остальное, пока, наконец, Дуки не оказался снаружи на арочной крыше. Он повернулся, прижал одну руку к окну и пополз прочь. Они смотрели, как он уходит, пока темнота окончательно не поглотила его.
- Думаете, у него получится? - прошептал Лео.
- Уж очень надеюсь, - пробормотал Перри. - А теперь давай спустимся вниз и найдем место, где можно спрятаться, пока помощь не пришла.
Они вышли из комнаты и медленно пошли обратно по коридору к лестнице, прислушиваясь к звукам дома. Не смерть Джамала, ни побег Дуки не привлекли ничьего внимания. В доме царила абсолютная тишина, словно тот затаил дыхание.
Уже спускаясь по лестнице, Перри подумал, что произойдет, когда дом выдохнет.
Ей некуда было идти.
Керри металась, пытаясь найти выход из бесконечной, запутанной сети туннелей, но из-за темноты и хищников, преследующих ее на каждом шагу, найти его было невозможно. Поэтому в конце концов она выбрала единственный выход, в существовании которого была уверена. Неразумный выход, но все же выход. Она решила вернуться наверх, в дом, где все началось, и надеяться, что сможет найти способ миновать забаррикадированную дверь, ловушки и стены, появляющиеся из ниоткуда. Она не знала, что случилось с Хизер и Хавьером, но боялась, что они мертвы. Если бы они были живы, рассуждала девушка, то она могла бы услышать их крики.
Ноги у нее дрожали от усталости. Царапины и порезы на ее теле болели. Ее лихорадило, а во рту пересохло. Оцепенев в безысходности, Керри зашагала вперед. Сердце, казалось, гулко отдавалось в груди. Все движения были механическими, словно она уже была не живым человеком, а роботом, бесчувственной куклой, которая идет, пока не кончится завод.
Она видела, как сегодня убивали ее парня и друзей, она тоже убивала, чтобы выжить. Девушка понимала, что никогда не сможет стать прежней. Та ее жизнь осталась в прошлом. Прежняя Керри была мертва, она лежала на полу рядом с Тайлером и Стеф с выбитыми мозгами.
Она выживет, возможно, но сможет ли она жить с таким эмоциональным грузом? Именно над этим размышляла Керри, осторожно продвигаясь вперед, прислушиваясь к звукам погони или любому намеку на то, что ее друзья все еще живы. Вместо этого в пещерах было тревожно тихо.
