У Бетти заныло в груди при виде драгоценной волшебной карты в руках Роньи. Она была уверена: для Роньи карта и остров – всего лишь способ набить карманы. Для Агни это единственный шанс спасти любимого отца от смерти. Не отнимет ли Ронья и этот шанс?
– Ты ей не доверяешь, да? – спросила Чарли. Она сидела и посасывала кончик косички, не сводя глаз с Роньи.
– Не-а, – признала Бетти, вспоминая, что Плюй рассказывал про своего капитана. Она травила людей… устраивала набеги… грабила, возможно, топила корабли и похищала с них детей… И, конечно, не стоило забывать о костях, подвешенных на бушприте. Но Бетти совершенно не собиралась посвящать во все это Чарли. – А ты?
Чарли пожала плечами:
– Перед тем, как мы поплыли, она сказала, что отпустит нас.
– Не знаю, стоит ли верить обещаниям пиратов, – пробормотала Бетти, прокручивая в голове все, что случилось, когда они вновь попали на борт «Дорожной сумки».
«Если карта настоящая, я вас отпущу, – сказала Ронья, пока Плюй закидывал в топку уголь. Она приблизила к своим хищно сверкающим зеленым глазам камень и посмотрела на карту. – Ведьма мне подмигивает, и это многое обещает. Наведаемся к ней в гости».
Ради Чарли Бетти не стала спрашивать, что будет, если карта окажется подделкой.
– Зато она нас всех накормила, даже Прыг-скока, – добавила Чарли, пристраиваясь у Бетти под боком. – Это ведь что-то значит, правда?
– М-м-м, – промычала Бетти, закатив глаза.
Путь к сердцу Чарли определенно лежал через ее желудок. Но Бетти размышляла совсем о другом. Например, почему Ронья не взяла с собой на остров никого из команды, кроме Плюя? Может, решила обмануть Ржавых проныр и забрать все сокровища себе?
– Чарли права, – сказала Флисс. Она плюхнулась на палубу возле них и вытерла рот. – Разве Ронья тратила бы на нас припасы, если бы не собиралась оставить нас в живых?
– Ну, от нас мертвых-то ей будет мало проку! – яростно прошептала Бетти. – Здорово, конечно, что вы обе так радужно настроены. Чарли простительно, ей всего шесть, но ты-то почему не понимаешь простых вещей?
Флисс вспыхнула:
– Каких вещей?
– Сама подумай! Она не тронет нас по крайней мере до тех пор, пока не убедится, что остров существует, – то есть пока туда не доберется. До этого мы ей нужны на всякий случай. Если что, она сможет нас продать, обменять, не знаю уж, что у нее на уме. И от четырех пленниц куда проще добиться подчинения, если они не голодны.
– Тогда, может быть, не надо ей подчиняться? – тихо спросила Флисс. Ее темные глаза помрачнели. – Нас четверо, а она всего одна.
– О чем это ты? – спросила Бетти. – Думаешь, мы ее одолеем?
Флисс прерывисто вздохнула:
– Вдруг получится?
Бетти взглянула на видневшуюся в рубке Ронью, и сердце у нее застучало быстрее. Получится ли? Идея заманчивая, и все же… все же…
– Ничего не выйдет, – тихо сказала она. – Чарли, конечно, забияка, но Агни сейчас и мухи не прихлопнет. Не считая того, что у Роньи сабля и она умеет с ней обращаться. Пускай нас и больше, это ничего не меняет. А тут еще и он.
Сестры посмотрели на Плюя, который встал за штурвал, пока Ронья изучала карту.
– Однажды он помог, но кто знает, захочет ли снова, – вздохнула Бетти, вспомнив историю Плюя. – Он верен Ржавым пронырам, в конце концов, у него больше никого нет. Нельзя об этом забывать.
– Ты права. – Флисс устало покачала головой. – Дурацкая идея. Кажется, я просто ищу, как загладить вину. Ведь все из-за меня сейчас.
– А попробуй, например, переманить Плюя на нашу сторону, – тихо предложила Бетти. – Будь с ним чуть помягче. Ты же видишь, что ему нравишься.
Флисс содрогнулась:
– Ну а мне не нравится ни он, ни его ужасная привычка.
– Понимаю. – Бетти снова мрачно посмотрела на саблю Роньи и на кинжал у ее голенища. – Но если мы выступим против Роньи, пригодится его помощь.
Она перевела взгляд на стеклянную лампу возле штурвала. Тряпка ее больше не прикрывала – наверное, сорвали, когда обыскивали лодку, – но огонек, как ни удивительно, оставался внутри. Он еле-еле мерцал, почти незаметный в разгорающемся свете дня. Судя по тому, что Ронья и Плюй его не сторонились, никто из них не подозревал, что это на самом деле такое. Интересно, подумала Бетти, что сделала бы Ронья, если бы узнала? И Плюй? Он уж навидался огоньков, в чем Бетти убедилась на «Компасе колдуна», но бояться не перестал. А что до Роньи – вдруг она настолько суеверная, что вовсе откажется от «Дорожной сумки»?
Бетти взглянула на Агни и нахмурилась. Совпадение или нет? Агни теряла силы, огонек тоже угасал. На душе заскребли кошки. Если огонек – душа ее мамы, значит ли это, что она покидает мир? А может, это как-то связано с атакой огоньков на лодку? С тех пор все переменилось: от игривого шарика, влетевшего в «Потайной карман», не осталось и следа. Теперь огонек напоминал умирающего мотылька.
– Йо-хо! – закричал Плюй с носа. – Земля!
