— Откуда вы знаете?
Аббат пожал плечами:
— Кто-то же должен спускаться в погреб, переворачивать бутылки… мы не можем полностью свернуть программу научных исследований и опытных разработок.
— Вы демонстрируете в высшей степени добросовестное отношение к делу, отец настоятель.
— Нельзя бросать хорошее вино на произвол судьбы, вы же понимаете. За ним нужно смотреть, ухаживать. Вино — это живое существо. Оно подобно ребенку. Необходимы строго определенные условия — влажность, температура…
Брат Боб оторвался от изучения географического атласа:
— Тут сказано, что в Кисангани средняя температура — девяносто два градуса, и это в прохладное время года. Влажность, похоже, более или менее постоянная. Для марочного вина стопроцентная влажность подходит?
Аббат нахмурился:
— Где находится Кисангани?
Когда брат Боб показывал ему это место, в библиотеку вдруг вошел Маравилья. Он заметил атлас с развернутой картой Экваториальной Африки.
— В этой части света еще очень много работы, — сказал он. — Столько страданий, невзгод! Будь святой Тад жив в наши дни, он находился бы именно там.
— А сами вы в ближайшее время не намереваетесь побывать на Черном континенте? — с надеждой спросил Аббат, спрятавшись за своей Библией.
— Если бы только это было возможно! — ответил Маравилья со своей слабой улыбкой. — Но кто знает, долго ли еще дела будут держать меня здесь.
— Один Бог, — сказал Аббат. Маравилья показал нам книжку, которую принес с собой — «Пробуди титана в душе» Энтони Роббинса.
— Я нашел ее на одной из скамей в церкви, — сказал он. — Очень интересная книжка.
Он раскрыл ее на двух чистых страницах с заголовками:
ВЕРОВАНИЯ, ДАЮЩИЕ ПРАВО ДЕЙСТВОВАТЬ
ВЕРОВАНИЯ, ЛИШАЮЩИЕ ПРАВА ДЕЙСТВОВАТЬ
— Видимо, читатель должен заполнить эти страницы самостоятельно.
И тут рискнул вмешаться брат Джин, наш ведущий последователь Роббинса:
— Это современный вариант иллюминированной рукописи. Данное упражнение оказалось весьма полезным для наших монахов.
Монсеньер кивнул:
— Скажите, кто такой этот Энтони Роббинс?
— Всего лишь самый влиятельный в двадцатом веке знаток внутренних побуждений, — сказал брат Джин.
В ответ на эти слова раздалось презрительное фырканье брата Тео, нашего ведущего специалиста по Стивену Кови, автору книги «Семь привычек людей, умеющих добиваться успеха». Из-за нескончаемого спора брата Тео с братом Джином по поводу их пристрастий монашеская община разделилась на два лагеря. Однажды ковианцы перестали разговаривать с роббинсистами, даже отказавшись обмениваться ритуальным «поцелуем мира» во время мессы.
— Роббинс? — Брат Тео неодобрительно хмыкнул. — Энтони Роббинс, который только и знает, что ходить по раскаленным углям, точно какой-нибудь индийский факир? Монсеньер, он и вправду проделывает это на своих семинарах, пытаясь доказать людям, что они смогут все, если действительно захотят. Не знаю, проделал ли он это, выступая перед президентом в Кемп-Дэвиде. Но очень надеюсь, что нашему верховному главнокомандующему не пришлось последовать другому его совету — насчет того, как справиться с депрессией. Он рекомендует подпрыгивать и кричать: «Аллилуйя! Сегодня у меня не воняют ноги!»
Брат Джин встал на защиту своего гуру:
— Люди купили уже двадцать четыре миллиона видеокассет Энтони Роббинса. Возможно, его методика основана на эмоциях, но многим она приносит гораздо больше пользы, чем псевдорассудочность Стивена Р.Кови с его «матрицей управления временем» и «фокусировкой кругов предприимчивости».
Этот бурный богословский спор явно привел монсеньера Маравилью в замешательство. Он не спеша подошел к полкам, на которых теперь размещалась едва ли не лучшая частная коллекция первых изданий таких классических произведений, как «Календарь бедняги Ричарда» Бенджамина Франклина и «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей» Дейла Карнеги. Составляя эту коллекцию, Аббат опустошил отделы самообразования нескольких крупных книжных магазинов. Новейший канон заключал в себе сотни и сотни томов — от книги «Козырь: искусство экономической политики» до «Богатства без риска» и «Думай и обогащайся».
Маравилья пристально рассматривал собрание книг Чопры, безусловно, самое многочисленное. Он взял с полки тонкую замусоленную книжку. Я тотчас узнал ее: «Накопить и жить в достатке». Аббатов первоисточник.
— Его шедевр, — сказал Аббат. — Возможно, в нем нет такой стройкой системы, как в «Семи духовных законах преуспевания», зато читается неизмеримо легче.
Последователи Роббинса, сидевшие за столом, принялись закатывать глаза.
Маравилья раскрыл книжку и прочел:
«Буква "Р" символизирует расходы… деньги подобны крови, они должны течь».
Он покачал головой.
— Я не совсем понимаю.
— Милости просим в наш клуб! — сказал брат Джин. — Если хотите получить ясное представление о расходах, обратитесь к пяти-этапной программе Роббинса…
