Если я господин сам себе, то я раб, я самодостаточный человек, я живу в замкнутом пространстве и раб самого себя. Апостол Иаков, говоря о вере человека, замечал, что эту веру нужно показывать на делах. Это означает, что без ближнего я не могу прийти к Богу и желанной свободе.
Когда я думаю о свободе, я понимаю ее как общение с Богом и с ближним на расстоянии двух свобод. То есть невозможно что-то навязывать Богу, невозможно что-то навязывать ближнему, нужно общаться и с Тем, и с другим без всяких препятствий. Если возникает навязанность, она становится таким препятствием.
Когда я начинаю что-то требовать от Бога или навязывать свою волю, я теряю свободу и унижаю Бога. Бог не терпит магических отношений, Он их отвергает. Ветхий Завет предлагал идти за Живым Богом, а не за идолами.
Есть две свободы, о которых я уже сказал: моя свобода и свобода ближнего. Моя свобода — в том, чтобы мне выйти из рабства самому себе. Свобода ближнего — в том, чтобы я не стал преградой на его пути к Богу.
Это минимум. А максимум — помочь ему во всем, в чем он нуждается, без всякого насилия.
Такое насилие по отношению к Богу мы видим в притче о брачном пире, когда на пир пришел человек, одетый не в брачную одежду. Брачная одежда — это редкое одеяние, все гости получали ее, хозяин щедро давал ее, а пришедший на пир не захотел взять эту одежду, тем самым он как бы сказал: я и так хорош. Хозяин пира говорит ему: «Друг, почему ты не в брачной одежде?» Хозяин говорит это ласково, а он молчит, ему стыдно. Стыд — это еще не покаяние. Молчание длится. Это состояние показывает, что человек сам себя заключил в темницу. Ему предлагали брачную одежду, звали быть избранным, а он говорит: «Я и так хорош». Он раб потому, что смотрит на дары Бога, а не на Него Самого. Он пришел на пир поесть, а не потому, что он любит Хозяина пира. Господь заметил это его состояние, не увидел в нем любви. Это отношение к Богу было насилием над Богом. Господь не принимает этого насилия. Пришедший на пир остается рабом и сам себя извергает из общения с Богом. Не Бог его выбрасывает, а он сам себя уводит от Бога, выпадает из этого общения, потому что возлюбил не то, что нужно. Ему нужно было возлюбить Господа, а он возлюбил то, что ниже Бога, Его дары.
Духовная свобода дарована нам Богом, ею нужно дорожить, учиться дорожить этим даром в самом себе и в других. Господь дал каждому человеку полную свободу, Он зовет. Но откликнуться или нет на Его зов, решает каждый человек сам. Дар духовной свободы — великий дар Божий, и ни Сам Господь, ни тем более человек на него посягать не могут.
Возблагодарим Господа за то, что мы имеем этот высший дар. Будем стараться этот дар не только хранить, но и воплощать в своей жизни, то есть учиться служить в любви и Богу, и ближним. Только любовь может этот мир преобразить и изменить к лучшему.
Патриарх Константинопольский Афиногор говорил, что человек, освобожденный от своих индивидуальных ограничений, находит в Боге бесконечность своей свободы. Он бросается в Него, чтобы стать тем, кем он стремится стать, повинуясь глубочайшему велению своего существа. Он бросается в Него, как птица в небо и рыба в океан. Нет больше смерти, есть лишь свобода. Аминь.
Человек не может быть самодостаточным, это означало бы, что его нет. Духовной жизни нет, когда человек один, ибо он не создан для одиночества — он создан для общения, для диалога.
Удивительная и таинственная способность человека быть собеседником Богу укоренена во внутренней жизни Святой Троицы. Из внутренней жизни единства Троицы рождается мысль о человеке как способном быть собеседником Богу.
Бытие, по слову С. Аверинцева, — это пребывание внутри разговора, внутри общения.
Есть нужда человека в Боге, и есть нужда Бога в человеке. Бог имеет в себе жизнь. Он есть общение, общение в Любви. И человек создан для общения с Богом.
На Кресте Иисус Христос говорит: «Жажду!» Чего Он жаждет? Он жаждет человеческой любви. Это Бог, Который жаждет человека. Как важно это понять, поверить в это реально, так, чтобы мы вошли в молитвенное общение с Ним, в поток этой жажды. Бог вложил в человека жажду Духа, жажду по Себе.
Вся жизнь человека — в том, чтобы постоянно общаться с Богом. «Моя жизнь — в том, чтобы слушать, Его — в том, чтобы говорить», — писал один святой.
Любовь — это общение, и Господь хочет всегда быть с человеком, общаться с ним. Диалог, который начался «в начале», должен длиться вечно, потому что Бог сотворил нас для вечной жизни. Поэтому в каждом из нас имеется неистребимое желание жить всегда.
Личность, если ее понимать как диалог, является чем-то изначально данным, метафизическим зерном. Но это только начаток личности, она должна пройти путь становления. Когда Господь говорит: сотворим человека по образу Нашему (и) по подобию Нашему (Быт 1:26), эти слова содержат в себе направление, указание на то, что становление личности, человеческого духа будет происходить постепенно посредством диалога с Богом.