Любящему детей, жалко видеть, что так мало заботятся о их развлечении, которое столь необходимо после усидливости класной. Конечно гимнастических игр довольно, но почти все они требуют летнего времени, чтобы заниматься ими на открытом воздухе, – а при том неминуемая после них усталость, все же требует смены, такой игрой, которая бы производя в них успокоение от усталости, продолжала занимать их, и, если можно, занимать поучительно[767].
Другие упоминаемые в документах игры, очевидно, имели ту же цель. На восьмой день рождения Алексея Яков послал ему «историческую игру, желая душевно, чтобы она забавляя тебя приносила и пользу»[768]. А в 1837 году Яков сделал волшебный фонарь, пообещав к Пасхе снабдить его «стеклышками». Упоминается также калейдоскоп домашнего изготовления; Алексей пишет, что Андрей его еще «не обклеил», хотя сын «довольно часто его об этом беспоко[ит]». Яков отвечает: «…проси
Он не только сознательно побуждал Алексея приобретать важные географические сведения, гуляя по сельской местности, но также признавал (вероятно, под значительным влиянием Жан-Жака Руссо) пользу самих физических упражнений на свежем воздухе и считал очень важным находить им замену в плохую погоду. Для Андрея физические упражнения были необходимым дополнением к интеллектуальным занятиям не только детей, но и взрослых; он сам подавал пример, почти каждый день совершая «моцион». Андрей требовал, чтобы Алексей тоже занимался физическими упражнениями и, когда позволяет погода, делал это на улице: «С Алешей моцион в саду – Ему сделана маленькая лопаточка и велено свясти варишки
Андрей дополнял свою разностороннюю образовательную программу, часто присоединяясь к сыну в занятиях. Они вместе играли в бильярд, когда Алексей вырос, а в более ранние годы занимались такими мужскими делами, как управление повозкой и повседневный осмотр лошадей и полей. Такие осмотры помогали скоротать досуг (Андрей с сыном «прогуливались») в противовес ежедневному надзору за работами в имении, которым занималась Наталья (она «осматривала» поля в одиночку)[774]. Как пишет Алексей, Яков часто отправлялся с ними в эти поездки и прогулки, что подчеркивает светский и мужской характер этих мероприятий. В записях нет никаких упоминаний о каких-либо целях или присутствии на полях работников: «Катался с папинькой на беговых дрожках и я сам правил… Вскоре после дождя папинька со мной ездил кататься, но возвратившись с прогулки папинька сделался нездоров… После обеда втроем с папинькой и дядинькой прогуливались ровно час по полям… После обеда втроем с папинькой и дядинькой я ездил верхом до деревни Бураковой»[775].
