— …са? — Закончил фразу Поттер, но с его лица исчезла эта раздражающая улыбка. Теперь на его лице было то редкое выражение вселенского равнодушия, которое можно было заметить при общении с радикальными слизеринцами или грифиндорцами.
— Значит хочешь по–плохому? — Спросил он, вздернув левую бровь. Под которой начался загораться синим цветом глаз.
В него полетела невербальное секо, которое должно было перерубить ему горло, но оно только поцарапало шею.
— Значит да, — Сказал он печальным голосом, вновь улыбнувшись, но на этот раз так… по–хитрому. Словно знает секрет, который никому не расскажет.
— Авада кедавра!!! — Но вновь зеленая смерть была сбита школьной сумкой.
«Квирелл, идиот, тебе что, первого раза не хватило?» — Взревела я, транслирую мысли с помощью легименции. На перехват контроля сил не было, и мне приходилось только кричать на него. Но этот! Этот! Плебей! Гневно ответил:
«Миледи! Я сам не знаю, что происходит! Просто хочется убить его, а ничего, кроме Авады, на ум не приходит»
Он смеет орать на меня? Как он смеет?! Потянувшись к разуму Квирелла, я заметила грубые нити что тянулись от Поттера. Он что?! Применяет легименцию?! Нет, это что–то более грубое…
«Не смотри ему в лицо. Особенно в глаза. Он тебя довольно грубо провоцирует через эмоции. И это позволяет ему читать тебя». — Процедила я, обрывая эти нити, уловив донесшееся с другого конца удивление, смешанное с легкой радостью.
«Спасибо миледи!» — Ответил враз присмиревший Квирелл, посылая град невербальных заклинаний в сторону Поттера.
Но он половину сбивал сумкой, а от другой половины просто уворачивался, при этом стараясь выбивать ритм ботинками, плавно отходя в глубь коридора.
Он что, танцует под градом заклинаний?! Непростительно!
«Идиот! Используй бомбарду! Её сумкой не сбить!» — Рявкнула я, не утерпев этого абсурда.
— Бомбарда! — Крикнул Квирелл, шагая за Поттером. На что он с все той же улыбкой подставил сумку, которая разлетелась по коридору сотней кусков ткани и листков.
— А это уже серьезно, — Печально улыбнувшись, сказал Поттер, остановившись на месте.
— Бом… — Начал Квирелл. Но Поттер его прервал покачиванием пальца и простым…
— Не-а.
Окутавшись синим сиянием, от доспеха справа отделился шлем и, смазавшись в пространстве, впечатался в руку Квирелла.
Рука захрустела перебитыми костями и выпустила палочку, а сам Квирелл просто стоял и тупо смотрел как выгибается его рука.
Идиот! Тебя сегодня рубили мечами, жгли огнем, жалили сотни железных пчел, ты пил кислоту! И тебя удивляет перелом руки?!
«Хватай палочку!» — Приказываю я, понимая, что на невербальную магию меня не хватит. Банально не хватит сил.
Квирелл быстро нагнулся, схватив палочку, но в самый последний момент, когда он её уже поднимал, на край палочки опустился ботинок Поттера.
Отшатнувшись, он внимательно смотрел на нацеленную ему прямо в грудь палочку.
— Редукто! — Крикнул Квирелл, но как только он начал говорить его руку повело в сторону. Обрывки одежды словно превратились в рабские цепи, за которые потянул работорговец.
— Мимо? — Поинтересовался, ухмыльнувшись Поттер.
Заклинание, на мгновение замерев, в дальней точке полета стремительно вернулось. Впечатавшись в не ожидавшего такого Квирелла, взрывая ему руку.
— Ан нет, попал! — Протянул он, покосившись за спину Квиреллу.
Повинуясь взвывшей интуиции, я отстранилась от глаз Квирелла и вернулась к своим, чтобы краем глаза заметить, как сверкнул меч в каменных руках ферзя.
— Кха… — Прохрипел Квирелл, тронув «целой» рукой лезвия, вышедшего из груди и из–за подкосившихся ног рухнул лицом на пол. Попытка подняться провалилась из–за злополучного шлема, что рухнул на затылок… Прямо на меня!
— А–а–а-а!!! — Прокричала я от боли.
— Ухты! Оно еще живое! — Восхитился Поттер, вновь обрушив шлем на Квирелла.
— Мерзавец. — Прохрипела я, чувствуя, как тело Квирелла перетягивает остатки энергии на себя, не позволяя мальчишке проломить затылок Квиреллу.
— Я конечно знаю, что лежачих не бьют, — Протянул Поттер, отстранившись. — А раненым, которые лежат, принято оказывать помощь. Но ты, неведомая фигня, мне не нравишься, — Сообщил он, повторно замахиваясь шлемом. Но на этот раз он опустился не на меня, а на палочку, что откатилась во время падения, но все еще была недалеко.
Хруст палочки был погребальной песней, а я поняла, что мальчишка и впрямь убьет. Просто ради своего спокойствия.
— Что, убьешь меня? — Прохрипела я, скалясь.
Магия! Как же жалко! Я, величайшая волшебница поколения и наследница самого Салазара Слизерина, сейчас лежу в пыли, смотря сверху вниз на какого–то мальчишку с второсортным големом за спиной…
«Судьей и палачом», — Ехидно подкинуло мыслишку сознание, заставив меня замереть и по новой посмотреть на ситуацию.
