Мы снова лихо разворачиваемся у вокзала. Император охает и загибает матерную конструкцию в три этажа. Генерал-адмирал радостно ржет. Димка снова улыбается, как довольный котяра. Обратный путь мы проезжаем даже быстрее – разогнанные предыдущими проездами нашего "пепелаца" конные экипажи уже не рискуют занимать середину проспекта. При въезде на Дворцовую площадь мы буквально лоб в лоб сходимся с небольшой конной группой. Это охрана Александра бросилась вдогон своему императору. Я машинально бью ладонью по ступице руля. И, о чудо, Димыч все-таки догадался установить звуковой сигнал! Кони шарахаются в стороны. Кто-то из всадников вылетает из седла. Нда, ребята, это ж надо было догадаться – преследовать автомобиль на лошадях! Я притормаживаю и внимательно смотрю на пострадавшего. Вроде бы все обошлось – он быстро встает. Вот и славно!
Плавно остановившись у подъезда, я глушу движок и поворачиваюсь к Александру. Его состояние сходно с состоянием Моретты пятнадцатью минутами ранее.
– А теперь представьте, Рара, что такие автомобили будут состоять на вооружении нашей армии! – начинаю я. – Несколько сотен таких экипажей могут полностью изменить условия ведения войны! А если еще установить броню, да пару пулеметов…
– Это… Это – страшно! – наконец выговаривает Александр, доставая из кармана большой фуляровый платок и вытирая вспотевший лоб и шею. – Я даже рад, что, скорее всего, не доживу до этого. А вот тебе, Колька, такие игрушки, я вижу, по нраву! Ну так и пользуйся! Развивай – будущее принадлежит тебе.
Александр замолкает, но через несколько секунд оборачивается к Димке.
– А ты, купчина, я смотрю, головастый! Сам придумал или подсмотрел где?
– Людей, ваше императорское величество, нашел нужных – инженеров. Вот они и изобрели! – поскромничал Димка.
– Угу, угу! – покивал головой Александр. – А ты рядом стоял. И когда изобретали и когда строили… Я, знаешь, ли, начинаю подумывать: уж не допустил ли я вчера ошибку, отказавшись ставить тебя на верфи. Ладно… у нас сегодня вдобавок испытание картечниц намечено – и там посмотрим, что у тебя еще в кармане припасено! Но учти! Соревнование будет честным!
– Я всегда честно веду дела, ваше императорское величество! – горделиво сказал Димка.
– Вот и молодец! – кивнул Александр и тут же спросил: – как эта чертова дверь открывается? Я уже на твердую землю хочу!
В манеж Аничкова дворца мы с генерал-адмиралом и присоединившимся к нам великим князем Владимиром Александровичем приезжаем в три часа пополудни. Димка на двух грузовиках должен был прибыть заранее, чтобы успеть как следует подготовиться. Едем медленно, чтобы не отстала охрана. По пути следования наш кортеж, состоящий из трех черных автомобилей и конного полуэскадрона, приветствуют толпы петербуржцев, привлеченных слухами об испытаниях цесаревичем технической новинки. Рара снова решился прокатиться с нами, и даже в этот раз получил от поездки определенное удовольствие.
Нас, на правах гостеприимного хозяина дворца, встречает великий князь Николай Николаевич старший – командующий всей русской гвардией. Он уже стар, часто болеет и очень редко покидает свой дом. Но на испытания нового чудо-оружия все-таки посмотреть захотел. Именно поэтому полигон устроили в манеже его дворца. Рядом с ним стоит Петр Семенович Ванновский, их высокопревосходительство военный министр. У меня с ним сложные отношения. С одной стороны он делает много толкового и сам – человек вроде не глупый. С другой – редкостный упрямец, а в вопросах стрелковой подготовки еще и ретроград, прямой последователь Драгомирова. Сложные у меня с ним отношения, сложные…
Император принимает доклад Ванновского о готовности к проведению показательных испытаний и широким шагом направляется на манеж. Чтобы поспеть за этим великаном мне приходится только что не бежать. Видно, что Александру любопытно: что это нам сейчас покажут? Мне тоже весьма любопытно: чем кончится сегодняшний показ? Весьма и весьма…
На манеже стоят давно знакомый мне пулемет Максима, правда чуть более крупный, чем я привык видеть в музеях и в кинохронике, и рукояточная картечница с пятью стволами. Рядом с этой выставкой раритетов прохаживается крупный, бородатый мужчина в тройке и котелке. Увидев нас, он буквально кидается навстречу и рекомендуется: Хайрем Максим. Ну-ну… Я с интересом разглядываю знаменитого конструктора. Здоровый мужик. Несколько мельче самодержца, но все равно – здоровяк. Где-то я читал, что Максим был отличным спортсменом и теперь могу лично убедится в этом. Для мужчины сорока восьми лет он выглядит здорово: подтянутый, крепкий, лицо пышет здоровьем. А уж улыбается он… Ну, ни дать ни взять кот, разглядывающий блюдце со сметаной. Я усмехаюсь: зная Димыча и его любовь к театральным эффектам, кот даже и не догадывается, что сегодня не он съест сметану, а наоборот: сметана слопает кота. Да еще с шутками и прибаутками…