Молодому королю — ему недавно исполнилось двадцать шесть — не откажешь было в проницательности. За шесть лет правления он сумел укрепить королевскую власть, усмирить мятежных баронов и значительно пополнить казну. Теперь перед ним открывались новые возможности.
— Маттье, — позвал он своего канцлера.
Маттье де Мирепуа, опытный дипломат и финансист, вошёл в кабинет с папкой документов под мышкой. Этот человек знал цену каждого су в королевской казне и каждого рыцаря в королевской армии.
— Ваше величество?
— Прочитал донесения о делах в Польше и Прибалтике?
— Прочитал, государь. Поразительные события.
Людовик встал и подошёл к карте Европы, висевшей на стене. Его пальцы проследили путь от Смоленска до Балтийского моря — путь побед русского князя.
— Поразительные... да. Но что нам с этого? Вот главный вопрос.
Канцлер раскрыл свою папку:
— Если смотреть с точки зрения торговли, государь, то появление этой новой державы может быть даже выгодно нам. Балтийские порты, контроль над северными торговыми путями...
— Продолжай.
— Наши фландрские города уже отправили туда своих представителей. Сукно, вино, ремесленные изделия — всё это пользуется спросом в землях русского князя. А взамен он предлагает меха, янтарь, воск, мёд.
Людовик кивнул, но лицо его оставалось задумчивым:
— С одной стороны — выгода торговая. С другой — вызов императору. А что говорит папа?
— Его святейшество настаивает на крестовом походе. Уже разослал буллы, собирает десятину с церквей...
— И императору это на руку. Фридрих получает моральное оправдание для войны на востоке, отвлекается от дел итальянских, забывает про споры с курией.
Канцлер понимающе улыбнулся:
— Ваше величество видит глубже поверхности.
— Обязан видеть, — сухо ответил король. — Если Фридрих увязнет в войне с этим русским князем, то мне развязываются руки на западе и юге. Можно подумать об Аквитании, можно вернуть Нормандию...
Людовик прошёлся по кабинету, обдумывая возможности. Каждый ход в большой европейской игре должен был приносить Франции выгоду.
— А что известно об этом Викторе лично? Какой он человек?
Маттье перелистал несколько страниц:
— Донесения противоречивы, государь. Одни называют его чародеем и слугой дьявола. Другие — мудрым правителем и справедливым судьёй. Но все сходятся в одном: он не знает поражений.
— Интересно. А возраст?
— Около тридцати пяти лет. Жена — русская княжна из рода Ростиславичей. Детей пока нет, что, кстати, может создать проблемы с наследованием.
Король остановился у окна. Внизу, во дворе Лувра, тренировались рыцари его гвардии. Блеск доспехов, звон мечей, крики командиров — всё это было знакомо и привычно.
— Знаешь, Маттье, что меня больше всего интригует в этой истории?
— Что именно, государь?
— Скорость его побед. За три года создать такую державу... Это требует не только военного таланта, но и административного гения. А таких людей в Европе единицы.
Канцлер осторожно заметил:
— Быть может, стоило бы завязать с ним отношения? Пока другие готовятся к войне...
— Мысль разумная, — согласился Людовик. — Но рискованная. Если папа узнает, что я тайно переписываюсь с "антихристом"...
— А если не узнает? — хитро улыбнулся Маттье.
Король задумался. Действительно, тайная дипломатия была обычным делом в те времена. А выгоды от союза с новой державой могли быть огромными.
— Предположим, я направлю к нему посла. Неофициально, под видом купца. Что могу предложить?
— Торговое соглашение. Военный союз против императора. Признание его титулов в обмен на признание наших прав на спорные территории.
— А что он может предложить взамен?
Маттье развернул подробную карту:
— Смотрите, государь. Его армии сейчас стоят в нескольких переходах от Чехии и Венгрии. Если он нанесёт удар на юг, то отвлечёт значительные силы императора. А мы тем временем сможем действовать на западе.
Людовик кивнул:
— Логично. Но есть одна проблема. Если этот Виктор настолько силён, как говорят, то не станет ли он через несколько лет угрозой и для нас?
— Возможно, государь. Но это проблема будущего. А сейчас он может быть полезен.
Король вернулся к столу и взял перо:
— Хорошо. Готовь письмо к этому русскому князю. Неофициальное, но дружественное. Предлагаем торговое сотрудничество и... обмен информацией о общих врагах.
— Кого посылать?
— Этьена де Боомона. Он умён, осторожен и говорит на нескольких языках. К тому же формально это будет торговая миссия.
Пока канцлер записывал указания, Людовик продолжал размышлять вслух:
— А теперь о крестовом походе. Официально мы его поддерживаем, конечно. Но участвовать будем... символически.
— В каком смысле, государь?
— Дадим тысячу-другую рыцарей под командованием кого-нибудь из младших принцев. Достаточно, чтобы показать благочестие, но не настолько, чтобы ослабить собственные силы.
— Мудрое решение.
— А пока император воюет на востоке, мы укрепим позиции на западе. Английский король Генрих слаб, бароны недовольны. Самое время вернуть Нормандию.
Маттье поднял голову от документов:
— А если крестовый поход окажется успешным? Если Фридрих победит этого русского князя?
Людовик пожал плечами:
