Она ответила, даже не обернувшись к нему. И эта ее отчужденность привела его в отчаяние. Хотя он и знал, что потом у них все будет хорошо, хоть и не сразу. И даже поженятся на «Атланте» и уже по любви. Но это все будет потом, и только для нее, для него это все осталось в далеком уже прошлом.
Заиграл марш Мендельсона. Она встала, оказавшись выше его — у белых босоножек каблук был никак не меньше восемнадцати сантиметров. Взявшись за руки, они торжественно вышли из комнаты. Раздались аплодисменты. Засверкали вспышки камер.
Волнуясь и путаясь в длинном шлейфе платья и цветах на ступеньках, они, стараясь идти в ногу, спустились по лестнице. Вошли в зал. Вышли на середину, остановились. Сергей волновался ужасно. От природы вишневые полные губы невесты сейчас были тонки и бледны. Щеки ее впали. И без того длинные ресницы удлинились еще больше, огромные глаза сузились. И держалась она неестественно прямо.
Музыка смолкла, но народ продолжал гомонить. Сергей поймал любопытный взгляд Киры, и насмешливый — рядом стоящего Терция.
На середину зала вышли взволнованные родители.
— Тише, тише! — зашикала Яна, одергивая свою по моде не в меру короткую юбочку.
Народ послушно затих.
— Дочка, Серж! — заговорила миссис Дебюсси, волнуясь и сминая пальцы рук. — Я так рада, что ни смотря ни на что наконец-то настал этот радостный день, и мы с огромным облегчением можем сменить траур на праздничные одежды!
Тесть тихо одернул ее. Теща недовольно обернулась, но снова обратила свой взор на молодоженов, переводя влажный взгляд с одного на другого.
Элора нахмурилась, но промолчала — терпеть так уж до конца. Сергею стало неловко.
— Вы через какой срок планируете развестись? — прошептала она не оборачиваясь.
Сергей коротко посмотрел на свою жену — снизу вверх.
— Никогда, — также прошептал он. — Я собираюсь прожить с вами всю свою жизнь.
Не двинув головой, она скосила глаза, которые стали еще более узкими, и он не смог в этих черных щелочках разглядеть ее эмоций.
В затянувшуюся паузу вмешалась тамада.
— Властью, данной мне семейством Дебюсси, объявляю вас мужем и женой! Живите в любви и согласии до скончания веков. Берегите друг друга, помогайте друг другу. Помните — в горе и ненастье нет никого ближе, чем ваша вторая половинка.
Сергей и Элора непроизвольно посмотрели друг на друга. И в ее двух черных щелках он снова ничего не прочел, но сердце его почему-то ёкнуло.
— А теперь — прошу всех за стол! — провозгласила Яна. — Это святое дело необходимо обмыть святой водой!
Столы стояли здесь же в зале, у одной из стен. Гости в нетерпении расселись — выпить хотелось уже давно, но было как-то еще неловко.
Сергей замешкался у своих стульев — тесновато все-таки здесь, в углу. Пока протиснулся сам, пока выдвинул стол для своей жены, пока помог ей сесть. Только сел, как прозвучал тост:
— Желаю вам счастью сегодня ночью и здоровья завтра утром! — закричала Яна и коснулась губами жидкости в рюмке. — Горько, — произнесла она и сморщилась.
— Горько! — тут же закричали все присутствующие, поднимая свои рюмки и чокаясь друг с другом. — Горько!
Сергей и Элора, глаза которой так и не раскрылись, посмотрели друг на друга. Оба нерешительно встали, оглядываясь. Теща, сидевшая рядом с дочерью, раскрасневшаяся и разгоряченная, размахивала вилкой и выдыхала сквозь слезы — Горько! Горько! — Тесть только шевелил губами, держа навесу свою рюмку. Кричала стоявшая рядом энергичная Яна, кричали сидевшие рядом Радий и Вадим, радостно улыбалась Релия, кричала зачем-то Кира, тряся апельсиновым соком, кривился Терций, что-то шептал Эрих, и только один маленький Юний лениво ковырялся вилкой в салате.
Молодожены повернулись друг к другу, бешено стуча сердцами. Неловко попытались соприкоснуться губами, но это у них не получилось по причине роста Элоры. Она пригнулась, но поза получилась нелепой. И она тогда слегка присела, согнув колени. Сухие губы Сергея ткнулись в еще более сухие губы Элоры, и тут же гости заскандировали:
— Ра-а-а-з, дв-а-а-а, тр-и-и-и…
И Элора так и осталась стоять в этой позе, на полусогнутых ногах. И Сергей просто прижал свои губы к ее губам, чувствуя, как бешено ускоряется стук его сердца. И они смотрели так в глаза друг другу, и он вдруг стал тонуть в бездонной черноте ее узких щелок, и на счете «пять» она вдруг покачнулась, и он обхватил ее за тонкую талию, отстраняясь губами, и она поспешно села, боясь потерять равновесие.
Сел и он, красный, с бешено стучавшим сердцем.
Какая же это по счету свадьба? — подумал он. — И не сосчитать, с самого корабля. Но отчего же я так сильно волнуюсь?!
Впрочем, ответ был очевиден — по срокам для Элоры это была их самая первая свадьба, и эта новизна передалась и ему. А во-вторых, завтра — трагический день для нее, и поэтому любой эпизод сейчас резал ему сердце, с кровью отрывая кусок за куском.
Гости между тем недовольно зашумели.
— Мало! — крикнула Релия.
— Дети еще, — добавила Яна.
— Тренировки мало, — заключил ухмыляющийся Терций и потянулся за бутылкой с вином.
Вадим тут-же отвесил ему подзатыльник.
