Продолжение приключений изобретательствующего попаданца. Чертежей автомата, самолета и танка у него нет, поэтому он знает только то, что есть у него в голове: либо помнит со школьных лет, либо сталкивался в профессиональной деятельности. В связи с этим прошу не предлагать изобрести для народного счастья дуст (ДДТ, не путать с группой) весь спектр противотуберкулезных препаратов и антибиотиков – там сложный синтез и он его не знает, а справочника химика-технолога под рукой у него нет. Как выясняется, не все сразу удается попаданцам и здесь их с прорывными технологиями, никто особенно и не ждет, так как нет производственной базы в стране с преимущественно крестьянским, практически неграмотным населением. После перипетий и несчастий он решает стать чиновником, что предлагает ему начальник разведочного отдела Главного Штаба. Книга представляет собой как бы дневник «попаданца», поэтому красивостей не ждите, как, впрочем, и крутого экшена – ну не спецназовец он по прошлой жизни.
Я возвращался в Москву и мне не спалось, несмотря на то, что в вагоне 1 класса ехало всего шесть человек, каждый занимал отдельное купе и друг к другу никто не приставал с дорожными разговорами. Мерно стучали колеса трехосного пульмановского вагона, неспешно проплывали за оконным стеклом унылые пейзажи поздней российской осени. Уже выпал снег, но его толщина была недостаточна, чтобы скрыть всю убогость полей, торчащего вдоль дороги бурьяна или покосившихся серых избушек немногочисленных деревенек. Когда поезд остановился на длительную остановку в Малой Вишере, я вышел подышать воздухом, но быстро вернулся в вагон из-за холодного ветра и мокрого снега, внезапно повалившего крупными влажными хлопьями. Неуютно, как неуютно у меня на душе.
Поездка вышла, в целом, неудачная, оба проекта: ТНТ (тринитротолуол) и СЦ (сульфаниламид), в которые вложено много средств, времени и нервов, потерпели на официальных испытаниях если не крах, то временную неудачу – будущее покажет, насколько серьезную и длительную. Скорее всего, запущенный процесс уже не остановить, слишком многие уже знакомы с моими работами в этом направлении и увидели преимущества и выгоды, которые сулили мои изобретения в этом времени. Не всегда эти люди адекватны и благожелательны ко мне – я не восторженный юноша, каким им кажусь, а личность, в тело которого вселилось сознание пожилого человека 21 века. Из этого следует, что я не ожидаю фанфар и лавровых венков сразу и везде, скорее всего, для начала будут не они, а тумаки и шишки (в переносном, естественно смысле, но, как я уверился, мою нынешнюю тушку многие не прочь пощипать). Я могу достаточно объективно оценить перспективы моих начинаний, пользуясь «послезнанием» попаданца, но я даже не ожидал, насколько косна и тупа бюрократическая машина Российской Империи конца 19 века. Конечно, и в 21 век самодурство чиновников и генералов оказывает существенное влияние на жизнь России, да и банальной коррупции хватает. Здесь же коррупция еще круче – она просто составляющая жизни чиновничьего аппарата; если на словах, то все борются со взятками, а на деле – оклады чиновников маленькие, так как изначально подразумевается, что они берут взятки и государственное жалованье – это так, отметить день получки. Такое положение дел мне подтвердил полковник Агеев, когда я спросил, почему предложенное мне месячное жалованье коллежского асессора (чина, еще недавно равного майору, хотя майоров сейчас в русской армии нет) составляет всего около 100 рублей. Полковник рассмеялся и сказал, что это вообще-то верхняя планка, в провинции коллежский асессор получает вдвое меньше, но может иметь большой дом со слугами, выезд с парой лошадей и все это на официальное жалование в 600 рублей в год. Все остальное он получает в виде подношений и благодарностей, размер которых зависит от места, которое занимает чиновник. Я вспомнил Карандышева в «Бесприданнице», который гордо заявлял: «я взяток не беру», на что получил ответ: «а вам их никто и не дает», мол, кто и за что будет давать взятку почтовому чиновнику, вот если бы Карандышев служил хотя бы по Межевому ведомству, тогда, конечно, мог бы брать. Так что, параллели с современной Андрею Андреевичу Россией напрашивались сразу: как это скромный чиновник какой-нибудь префектуры, дающий разрешение на открытие ларьков и магазинчиков, живет в отличной квартире в престижном районе города, имеет целое поместье вблизи Москвы и ездит на Майбахе, лишь на который ему нужно откладывать свое жалованье в течение 5 лет, не есть и не пить при этом?
